<<
>>

Интеграционный процесс в Центральной Азии

Стремление к интеграции государств в различных регионах мира стало устойчивой тенденцией мирового развития. Постепенно приходит осознание глобальной взаимозависимости этих процессов. От адекватного включения стран и народов в процесс интеграции, независимо от существования различий в уровнях развития, различий в культуре, религии, исторических традициях, зависит преодоление многих мировых и региональных проблем. Стремление стран Центральной Азии в последнее десятилетие включиться в интеграционный процесс может быть представлена как часть континентального и общемирового интеграционного потока.

Глобализация резко обострила конкуренцию экономик, это заставляет национальные силы консолидироваться, чтобы не отстать и не остаться вне этого процесса. В наиболее сложной ситуации оказываются развивающиеся и транзитные страны, к которым причисляют новые центрально-азиатские государства — Казахстан, Киргизию, Узбекистан, Туркмению и Таджикистан. Чтобы не оказаться полем для эксплуатации со стороны постиндустриальных стран и не воспроизводить отсталость, для центральноазиатских государств существует один из возможных выходов в сложившейся ситуации — это путь к кооперации в рамках региональной интеграции. В той или иной мере осознание такой необходимости приходит постепенно к лидерам стран ЦА.

Прошедшее десятилетие постсоветского развития уверенно можно назвать процессом от распада к единению. В 1990-1992 гг. во всех постсоветских странах возобладали национальные, зачастую националистические идеи, связанные с внутренними потребностями государственного самоутверждения. Этот период становления новых государств характеризуют центробежные тенденции, вызванные в основном антиимперским синдромом на Россию/СССР, также кризисом всей системы народного хозяйства, коллапсом экономики.

Беловежские соглашения (8 декабря 1991 г.) лидеров трёх славянских республик — России, Украины и Беларуси, с одной стороны, и встреча в Ашгабаде (13 декабря 1991 г.) руководителей центрально-азиатских государств — Казахстана, Туркмении, Киргизии, Узбекистана и Таджикистана, с другой, — привели к т.н. «параду суверенитетов», распаду СССР и образованию «на равноправных началах» Содружества Независимых Государств (СНГ) в составе 11-ти государств. Согласно Алма-Атинской Декларации, СНГ не являлось ни государством, ни надгосударственным образованием.

Декларация подтверждала «приверженность сотрудничеству в формировании и развитии общего экономического пространства, общеевропейского и евразийского рынков». Демонстрируя свое стремление к безопасности, государства-учредители СНГ (за исключением России, трёх стран Балтии и Грузии), демонстративно заявили о своём «стремлении к достижению статуса безъядерного и/или нейтрального государства». Так, Казахстан стал безъядерным государством, а Туркмения заявил о своём нейтралитете.

Таким образом, центрально-азиатские государства оказались втянутыми в постсоветское интеграционное объединение под названием СНГ. Оценивая соотношение между центробежными и центростремительными тенденциями, их следует рассматривать в комплексе взаимозависимых проблем — экономики, политики и безопасности.

Идея Евразийского союза возникла не случайно. На фоне ярко выраженного желания большинства государств СНГ быстро войти в Большую Европу или Большую Азию, республики СНГ быстро дистанцировались друг от друга и естественно, любая интеграционная идея не имела одобрения ни на одном уровне общественных предпочтений.

Одной из ошибок методологического характера прошлых лет явилось противопоставление понятий «национальное государство» и «интеграция». Они рассматривались как несовместимые. На это нацеливали и эйфория суверенитета, и внутриполитические проблемы. Созданные в рамках СНГ институты работали неэффективно, а к 1994 г. Содружество стояло перед альтернативой — прекращение деятельности или принятие конкретных мер по преобразованию в нормально функционирующее объединение.

В этот период возникла острая необходимость концептуальных разработок, которые бы целостно и реалистично освещали перспективы развития постсоветского пространства. Логическим развитием интеграционных инициатив со стороны Казахстана стала идея президента Н. Назарбаева о создании нового объединения из стран-участниц СНГ — так называемого Евразийского Союза (ЕАС), впервые озвученная им 29 марта 1994 г. в лекции перед преподавателями и студентами МГУ. И 3 июня того же года «Проект о формировании Евразийского Союза Государств» [2] был направлен главам государств СНГ. Первоначальные отклики в прессе, а затем дискуссия вокруг идеи ЕАС приобрела качественно новое значение. Идея ускорила и политическую кристаллизацию в отноше—нии дилеммы — дальнейшая дезинтеграция или реинтеграция.

Идея была высказана в России, стране, которая, как и Казахстан является евразийским государством. Казахстан же, занимая двойственное положение в системе международных отношений, принадлежит к тюркоязычному миру, религиозная общность с исламскими государствами, исторические корни и психологические особенности национального духа обусловливают его принадлежность к Востоку, но одновременно евро-принадлежность Казахстана обусловлена факторами демографического и политического свойства, характером построения светского государства. Актуальность европейского начала во внешнеполитических ориентирах Казахстана, таким образом, объективно предопределена.

Исходя из того, что аморфность и недееспособность СНГ препятствовали экономическим реформам, реальным интеграционным процессам, которые отвечали бы интересам новых независимых государств, проект ЕАС предлагал не только сохранить хозяйственные связи, но и постепенно формировать новые рыночные отношения. В проекте ЕАС говорилось: «Как показывает мировая практика, только при коллективных усилиях транзитные общества в состоянии осуществить успешную модернизацию. В то же время продолжающиеся попытки решить эти задачи отдельными странами СНГ в одиночку по-прежнему безуспешны. Они останутся таковыми до реализации экономической интеграции на новых условиях». Кроме того, «существующая в настоящее время структура органов СНГ не позволяет реализовать имеющийся интеграционный потенциал, и возникла необходимость перехода на новый уровень интеграции».

С целью создания единого экономического пространства предлагалось формирование ряда наднациональных координирующих структур, в их числе — Комиссия по экономике при Совете глав государств, Комиссия по сырьевым ресурсам стран-экспортеров ЕАС, Комиссия по межгосударственным финансово-промышленным группам и совместным предприятиям, Комиссия по вводу расчетной денежной единицы. В сфере обороны предлагалось заключить договоры по совместным действиям по укреплению национальных Вооруженных сил стран-членов ЕАС и охране внешних границ, созданию единого оборонного пространства, по формированию коллективных миротворческих сил ЕАС, по созданию межгосударственного совета по проблемам ядерного оружия.

Анализируя проект ЕАС, можно прийти к выводу, что речь идет, по сути, о стратегическом курсе взаимоотношений государств Центральной Азии с Россией и другими бывшими советскими республиками, о будущем взаимоотношений азиатской и европейской части постсоветского пространства, о принципах и геополитических контурах этих взаимоотношений.

Сама идея создания ЕАС во многом аналогична успешно действующей интеграционной организации — Европейского Сообщества.

Возникает вопрос, исходя из опыта регионального взаимодействия, о форме интеграции в Евразийский или Центрально-азиатский союз — ЕАС или ЦАС. Проект ЕАС предусматривал многоярусную и разноскоростную интеграцию в рамках СНГ. Действительно, сегодня на постсоветской территории действует несколько разноскоростных интеграционных объединений — СНГ, ЦАС, Договор «4+N», Договор «О союзе Беларуси и России», ЕврАзЭС.

Как один из этапов практического воплощения интеграции можно рассматривать оформление Центрально-азийского союза (ЦАС) в составе Казахстана, Узбекистана и Киргизии. Государства Центральной Азии занимают исключительно важное геостратегическое положение на Азиатском континенте, через их страны пролегают важнейшие наземные, воздушные коммуникационные линии. В регионе имеются огромные энергетических ресурсов (Каспий с его запасами нефти и газа), запасы рудно-металлургического сырья, драгоценных металлов.

Интеграционной основой является осознанная необходимость широкого и всестороннего развития торгово-экономического и кооперационного сотрудничества, в перспективе — создание самодостаточного и защищённого общего рынка. К этому подталкивает потребность в совместной поддержке отечественных товаропроизводителей, создании равных условий для предпринимательской деятельности на едином экономическом пространстве.

Регион располагает огромными минерально-сырьевыми и сельскохозяйственными ресурсами, многие из них являются уникальными и пользуются большим спросом в мире. Общие усилия позволят обеспечить их переработку и транспортировку на мировой рынок. Только общие усилия позволят преодолеть разногласия, и даже конфликты между государствами ЦА.

Одной из самых серьезных проблем является нерешенный вопрос о водопользовании. Его решение приведет к устойчивому развитию региона, поскольку от воды и ее распределения зависит социально-экономическое благополучие государств ЦА.

Другой проблемой является надежное энергообеспечение региона, где в течение десятилетий функционировала единая энергосистема с доминирующей ролью гидроэлектростанций Таджикистана и Кыргызстана, и газоснабжения, основными поставщиками которого были Узбекистан и Туркмения.

Еще одна проблема, решение которой даст большие перспективы интеграционным усилиям, заключается в единстве транспортно- коммуникационной системы региона, совместном использовании транзитного потенциала, который заметно возрос с завершением строительства Трансазиатской магистрали. Регион Центральной Азии серьезно ослаб в плане экологической устойчивости, техногенная и человеческая деятельность, направленная на окружающую среду, существенно подорвали возможности ее воспроизводства. Вследствие этого возросли природные угрозы, а учитывая высокую сейсмичность, селеопасность региона, требуется единство действий стран ЦА в данном направлении.

Вместе с тем, интеграционной основой для стран Центральной Азии может служить историческая общность различных народов, проживающих здесь в течение многих веков, их культура, язык, религия, традиции, родственные связи, разрывать которые было бы ошибкой. Перечислены лишь главные причины в пользу центрально-азиатской интеграции.

Президенты Н. Назарбаев (Казахстан), И. Каримов (Узбекистан) и А. Акаев (Киргизия) пошли на согласование действий в создании Единого экономического пространства (ЕЭП). 30 апреля 1994 г. в Чолпон-Ате был подписан Договор о ЕЭП, в нем говорилось о необходимости обеспечения свободы перемещения товаров, услуг, капиталов, рабочей силы, согласовании таможенной и валютной политики. В качестве важного элемента в создании ЕЭП легли общепризнанные принципы равноправия, взаимовыгодности и свободной конкуренции. Были созданы Межгосударственный Совет и его рабочий орган на постоянной основе — Межгосударственный Исполнительный Комитет (МИК) со штаб-квартирой в г. Алматы, учреждены Советы премьер-министров, министров иностранных дел и обороны государств-участников.

Центрально-азиатский союз постепенно начинал

функционировать, но решения преимущественно исходили от глав государств и принимались на высшем уровне в зависимости от возникавшей политической или экономической ситуации. Вместе с тем, между участниками ЦАС выявились серьезные расхождения в понимании будущего интеграционного процесса на постсоветском пространстве, в частности о перспективах ЕАС и уже к тому времени подписанному договору «4+N». В 1996 г. президент Узбекистана И. Каримов отказался от участия в этом договоре. Вместе с этим, «интеграции государств Центральной Азии мешает однотипность их экономик — все они преимущественно сырьевые. Достичь тесного уровня кооперации между сырьевыми экономиками не так просто». Тем не менее, в 1998 г. после присоединения к Договору о создании ЕЭП Таджикистана, «четверка» Центрально-азийских государств решила образовать Центрально-азийское экономическое сообщество (ЦАЭС). Государства решили проводить единую политику в использовании водно-энергетических ресурсов Нарын-

Сырдарьинского каскада водохранилищ, согласовывать затраты на ремонт межреспубликанских водохозяйственных объектов.

В центрально-азийском интеграционном процессе пока достаточно сдерживающих факторов. К анализу политических и экономических процессов подключены эксперты ЕС — Европейская экспертная служба. Ряд проблем решаются с помощью международных организаций и программ — ТАСИС (создание общего аграрного рынка ЦАЭС); ПРООН — развитие Ферганской долины и воссоздание в новом качестве Великого Шелкового пути; ОБСЕ — поиск совместного решения экологических проблем в регионе и др.

Медленно формируется нормативно-правовая база для создания единого экономического пространства. В торговле между республиками не отменено тарифное регулирование, не унифицированы торговые режимы с третьими странами. Серьезной проблемой остается обеспечение взаимной конвертации валют, существует ряд нерешенных проблем, связанных с несогласованностью налогового регулирования. Не получили развития такие перспективные формы совместного ведения крупного бизнеса, как финансово-промышленные ассоциации и группы.

Можно утверждать, что необходимость регионального взаимодействия обусловлена общими задачами в поиске решения обостряющихся региональных проблем: сфера безопасности, область транспортного и водноэнергетического обеспечения и др. В центрально-азиатском сообществе наблюдается процесс конкретизации и поворота к реальным и остро стоящим проблемам сегодняшней жизни региона. Реалии дня выдвинули на первый план угрозы, связанные с распространением международного терроризма, политическим и религиозным экстремизмом, транснациональной организованной преступностью и иными угрозами безопасности. Для продолжения действий в экономическом направлении был образован Экономический форум ЦАЭС и утверждена стратегия интеграционного развития до 2005 г.

В качестве основополагающего элемента интеграционного процесса формируется Таможенный союз. Таможенный союз — это объективная необходимость, он позволяет обеспечивать свободное перемещение в пределах общей таможенной территории товаров и капиталов. Поскольку интеграция центрально-азиатских государств замедлила темпы, Казахстан пошел на более тесные отношения со славянскими государствами. Первые шаги по его созданию были сделаны еще в рамках СНЕ (Соглашение о Таможенном союзе, январь 1995) Россией, Беларусью и Казахстаном, с 1996 г. Кыргызстан. Чрезвычайно осторожное отношение со стороны руководителя Узбекистана И. Каримова, привело к ослаблению центральноазиатской линии между участниками ЦАС.

Подписание Казахстаном Договора об углублении интеграции в экономической и гуманитарной областях (так называемый Договор «4+N», 1996) с Россией, Кыргызстаном и Беларусью не было случайностью. В этом документе нашли отражение многие положения, предложенные Н. Назарбаевым в инициативе по созданию Евразийского союза. Так, 14 из 28 статей Договора совпадают с соответствующими положениями проекта ЕАС. Н. Назарбаев так оценил значение Договора Договор «4+№>:»...Этот альянс стал высшей ступенью интеграции в рамках СНГ».

В рамках договора созданы очередные организационные структуры управления интеграцией: Межгосударственный совет и Интеграционный комитет. Председатель Интеграционного комитета Н.Исингарин считает что, наиболее продуктивно за годы существования СНГ, ЦАС и Договора «4+N» развивалось политическое сотрудничество. Политическое сотрудничество охотно поддерживалось руководителями практически всех государств-членов СНГ и периодически подкреплялось теми или иными соглашениями. Менее активно, но все же поступательно прогрессировало взаимодействие в военной сфере, которое базировалось как на многосторонней, так и на двусторонней основе, К наименее развитой сфере Н.Исингарин относит экономическое сотрудничество. Понимание важности интеграции экономик пришло несколько позже и возможно одновременно на фоне экономических успехов ЕС, завершивших построение Экономического и Валютного Союза.

Вступление в 1999 г. в силу Соглашения о Партнёрстве и Сотрудничестве ЕС с государствами Центральной Азии (Казахстан, Кыргызстан, Узбекистан) имело исключительную важность в истории зарождавшегося политического партнёрства. По существу оно означало новый качественный уровень сотрудничества с «объединенной» Европой. В частности, в Соглашении твёрдо не фиксировались ограничения на деятельность европейских компаний в Казахстане, в отличие от договоров, заключённых с другими государствами СНГ, предусматривалось создание общих кредитных рынков, снятие количественных ограничений во взаимной торговле, предоставление национального режима для иностранных инвестиций.

Важность этого крупного международного договора определяется, прежде всего, ключевой ролью, которую играет ЕС в мировой экономике, огромным опытом экономического развития, создания социальной защиты населения, также потенциалом европейской культуры. Но необходимо учитывать то, что процесс европейской интеграции продолжается, продолжается и процесс регионализации Центральной Азии, поэтому неизбежны изменения как двусторонних отношений между ЕС и республиками региона, так и отношений последних с государствами-членами ЕС.

Процесс интеграции в рамках ЕврАзЭС. Выступая последовательным сторонником практической реализации интеграционных идей, Казахстан способствовал ускоренному экономическому росту и расширению интеграционного поля. Так, при формировании Таможенного союза создавались условия постепенного перехода к интеграции умеренного характера, которая позволяет создать единое экономическое пространство.

В 2001 г. Казахстан и три славянские республики — Россия, Украина и Беларусь, составляющие более 90 процентов от общей экономики СНГ, объявили о формировании региональной интеграционной организации — Евразийское экономическое сообщество (ЕврАзЭС). При Межгосударственном Совете Евразийского экономического сообщества сразу была создана Комиссия Постоянных представителей, где Казахстан имеет своего представителя, он назначается и освобождается от должности Президентом Республики Казахстан. В настоящее время эта Комиссия занимается разработкой документации и принимает экономические и финансовые решения, не противоречащие национальным интересам участников ЕврАзЭС.

В Европе общий рынок товаров, услуг, капитала, рабочей силы, благоприятные условия труда, унифицированное законодательство и т.п. создавались через этапы режима свободной торговли, единой таможенной территории и другие мероприятия, что вполне реально в рамках ЕврАзЭС. Уже в конце декабря 2003 г. президенты Казахстана, России, Белоруссии и Украины подписали комплекс мер по формированию подобного Единого экономического пространства четырех стран. Казахстанская политика реальной интеграции имеет свое продолжение в рамках Евразийского Экономического Сообщества, а идея сблизить и интегрировать Центрально-азиатский регион остаётся в далекой перспективе.

Перспективы интеграции стран Центральной Азии: выводы. Анализ проектов центральноазиатской интеграции позволяет прийти к следующим выводам и обозначить определенные перспективы:

1. Необходимо четкое определение ядра интеграции, которое должны составить страны, достаточно близкие по типу экономических трансформаций и по уровню жизни.

2. Самая большая опасность реальной интеграции — это декларативные призывы, а тем более попытки силовой реинтеграции. Опыт эффективной интеграции на пороге XXI в. — это, прежде всего, рычаги экономического и культурного влияния.

3. Необходимы ясная стратегия и реальные цели. И здесь четкая цель реального интеграционного объединения — единый рынок, единый в смысле отсутствия любых технических и налоговых границ, ставящих барьер свободному движению товаров, капитала, рабочей силы.

4. Необходимое условие реальной интеграции — признание в качестве приоритетного направления во внешней политике государств ЦА более тесного взаимодействия.

5. Ключевым условием к интеграции является признание сложившихся политических институтов разных государств.

6. Другое конструктивное условие интеграции — это однозначное признание территориальной целостности и сложившихся границ. Кроме того, интеграция, которая не будет базироваться на принципе равенства и добровольности, будущего не имеет.

7. Будущее не детерминировано, объективные закономерности взаимосвязаны с деятельностью конкретных личностей и преломляются через неё. Очень многое будет зависеть от того, насколько лидеры стран Центральной Азии смогут поставить интеграционные наднациональные интересы выше личных амбиций, и более того национальных интересов.

8. Интеграция — это не беспроблемный процесс, требующий времени, осмысления, опыта, накопленных ошибок и их разумного преодоления. Скорее всего потребуется двух- или разноскоростная и многоступенчатая интеграция при формировании своеобразных «интеграционных центров».

9. Для дальнейшего продвижения идеи и практики Евразийского Союза можно и необходимо использовать подтвержденный практикой опыт развития Европейского Союза, не отбрасывая исторические уроки сосуществования республик Центральной Азии.

В целом, стратегическое развитие государств Центральной Азии в их интеграционном направлении следует рассматривать с точки зрения взаимодействия с единой Европой. Европейский Союз, имеющий богатый и сложный опыт интеграционного развития, в долгосрочной перспективе представляет для нас важное направление в движении к стабильному и бесконфликтному регионально интегрированному центральноазиатскому сообществу.

<< | >>
Источник: Зеркалов Д. В.. Политическая безопасность. Проблемы и реальность. Книга 1. 2009

Еще по теме Интеграционный процесс в Центральной Азии:

  1. ИНТЕГРАЦИОННЫЕ ПРОЦЕССЫ В ВОСТОЧНОЙ АЗИИ
  2. Интеграционные процессы в Азии (АСЕАН) и Африке
  3. Структура интеграционного поля Тихоокеанской Азии
  4. Китай и Россия в Центральной Азии
  5. Открытие Центральной Азии
  6. Признаки экономической дезинтеграции в Центральной Азии
  7. Растущая роль Китая в Центральной Азии
  8. Новая роль Центральной Азии
  9. Китайско-американские отношения в Центральной Азии
  10. Политика Японии в Центральной Азии
  11. Перспективы интеграции стран Центральной Азии
  12. Что ждет политику США в Центральной Азии?