<<
>>

Проблемы ШОС

ШОС-2006: конец однополярного мира

ШОС становится реальным механизмом решения проблем, касающихся стран-участников, причем проблем отнюдь не только региональных. Решать эти проблемы организация намерена без оглядки на мировое общественное мнение и советы старших друзей.

Той половине человечества, которая расположена в азийском регионе и не входит в пресловутый «золотой миллиард», подсказки о том, как строить свое будущее, сегодня не нужны.

Как подчеркивается в статье, опубликованной 14 июня в «Российской газете» за подписью президента Путина, посвященной юбилейному саммиту, в ШОС еще до 11 сентября 2001 года, осознавали опасность терроризма и создали соответствующую структуру для противодействия ему в регионе. Однако здесь же подчеркивается несколько другое понимание данной проблемы странами-участниками ШОС: в статье говорится о борьбе против трех зол — терроризма, сепаратизма, экстремизма. Заметим, что сепаратизм в этой троице занимает центральное место. Что, конечно, не случайно. Лейтмотивом и статьи стала мысль о том, что ШОС открыта для диалога и привлекательна для мировой общественности. Число желающих присоединиться к ШОС растет, что свидетельствует о ее успешности. Однако ШОС открыта далеко не для всех и далеко не со всеми и не по всем проблемам намерена вступать в диалог. Впрочем, о некоторой конспиративности внешней политики стран, входящих в объединение, мы уже говорили.

На данном этапе ШОС не намерена принимать в организацию новых членов и расширять состав наблюдателей. Основные усилия сегодня направлены, как уже говорилось, на консолидацию внутренней структуры и переход к решению конкретных задач. Эту же цель преследуют введение поста Генерального секретаря вместо Исполнительного (правда, по-китайски эта должность изначально называлась Генеральным секретарем), создание Делового Совета, выделение Китаем кредита на 900 млн.

на решение задач развития ШОС, слухи о возможном выделении Россией дополнительных 500 млн. на те же нужды и т.д. В ближайшие два года пост Генерального секретаря ШОС, в соответствии с принципом ротации, будет занимать представитель Казахстана. Знаковую роль играет присутствие президента Ирана (пока в качестве наблюдателя), которое вызвало наибольшее количество комментариев обеспокоенных западных политиков и политологов, но на самом деле имеет не только политическое значение — в переговорах с Ираном для стран-участников ШОС экономика тоже крайне важна. По сути, ШОС создает единую инфраструктуру Евразии, позволяющую минимизировать внешние экономические и политические риски. Например, риски, связанные с прохождением танкеров с китайской нефтью через Малаккский пролив. В рамках организации создаются независимые финансовые механизмы — банковский союз, взаимное кредитование и т.п.

Американцы очевидно напуганы — достаточно взглянуть на последние статьи Ариэля Коэна и Питера Брукса, посвященные саммиту. Дело в том, что речь в сегодняшнем мире идет не только о наличии ресурсов, сколько о контроле над средствами их доставки. И выясняется, что претензии Вашингтона на контроль в этом регионе ничем, по существу, не подкреплены. Система вполне может существовать и без США. Прозападные комментарии в российской прессе подчеркивают разногласия и противоречия, которые существуют среди членов ШОС. Противоречия действительно есть. Например, Индия и Китай — крупнейшие потребители энергоресурсов, Россия и Иран — одни из крупнейших производителей. Их интересы в отношении цены на нефть действительно разные. Однако и Индия, и Китай, похоже, согласны в сегодняшней ситуации платить несколько большую цену за энергоносители в обмен на независимость от диктата со стороны американцев.

Между тем, стоит все-таки поглубже задуматься над тем, что объединяет страны ШОС. Что такое «шанхайский дух»? По этому вопросу что российский президент Владимир Путин, что китайский генсек Ху Цзиньтао, что Чжан Дэгуан в своем пространном интервью накануне саммита отделываются общими фразами о равноправии, сотрудничестве и т.п.? Возможно, именно имперские традиции, если понимать их более широко чем Питер Брукс, озаглавивший свою статью «Клуб диктаторов: скверная повестка для Азии».

Возможно, признание суверенного права каждой из стран самой устанавливать порядки на собственной территории в соответствии со своими традициями, признание права на особый путь развития, независимо от принятых в мире шаблонов и догм. Здесь можно, разумеется, спорить. Однако одно сегодня несомненно: встречаясь друг с другом, индус и китаец, индус и русский, китаец и русский чувствуют себя ближе по духу, «комплиментарнее», если вспомнить термин Льва Гумилева, чем на встречах с европейцами и, особенно, американцами. И вряд ли это исключительно вина «представителей азиатского менталитета»...

Последнее, что хотелось бы особо отметить — это создание контактной группы ШОС — Афганистан. Что само по себе важно и значимо. Как представляется, ШОС — единственная на сегодняшний день организация, которая реально может потребовать от США отчета о том, каковы результаты антитеррористической операции в Афганистане, и в первую очередь потребовать ответа на вопрос, почему возрос наркотрафик в соседние страны. И если США не справляются, то в регионе существуют другие силы, которые могут решить данную проблему — из числа непосредственных соседей Афганистана. Как сообщил помощник российского президента, «в Шанхае будут зафиксированы новые договоренности о расширении потенциала ШОС в противодействии вызовам и угрозам XXI века, обеспечении безопасности в регионе Центральной Азии, включая создание системы мер совместного реагирования ШОС на ситуации, ставящие под угрозу мир, стабильность и безопасность в регионе». На саммите подпишут Соглашение о порядке организации и проведения совместных антитеррористических мероприятий на территориях государств-членов ШОС, Соглашение о сотрудничестве в области выявления и перекрытия каналов проникновения на территории государств ШОС лиц, причастных к террористической, сепаратистской и экстремистской деятельности, Соглашение о технической защите информации в Региональной антитеррористической структуре ШОС. Кроме того, будет зафиксирована уже сложившаяся договоренность о необходимости интенсифицировать работу Организации по борьбе с наркотрафиком.

Последнее непосредственно касается Афганистана и дает основания прогнозировать дальнейшие шаги, о которых мы говорили выше (напомним, что в прошлом году Декларация ШОС по существу, потребовала от США представить конкретные сроки вывода войск с баз в Средней Азии).

Сам факт наличия некоей инстанции, которая позволяет себе спросить с США по поводу их действий в отдельных регионах мира, повышает степень ответственности Вашингтона за свои действия. Что существенно меняет сложившуюся в последнее время структуру международных отношений и улучшает их общий климат.

ШОС и НАТО в системе региональной безопасности Центральной Азии

Сложившийся в XXI-м веке миропорядок, изменение геополи­тической ситуации в мире, а также появление новых угроз и вызовов мировой, региональной и национальной безопасности свидетельствуют о том, что сегодняшний мир не стал более стабильным, а проблема обеспечения безопасного существования людей становится все более животрепещущей. Это привело к осознанию государствами нашей планеты необходимости выработки и принятия коллективных мер для преодоления данной проблемы, создания надежной системы коллективной безопасности, которая способствовала бы нейтрализации негативных последствий указанных явлений современности.

В контексте этого, сегодня мы наблюдаем процесс формирования новой архитектуры международной безопасности, одним из элементов которой является система региональной безопасности в Центральной Азии, где в условиях глобализации и роста взаимозависимости государств сформировался новый геополитический ландшафт.

Перед странами региона на повестке дня сохраняются такие общие источники напряженности как международный терроризм, экстремизм во всех его формах, незаконный оборот наркотиков и контрабанда оружия, транснациональная организованная преступность, нелегальная миграция и сепаратизм. Под воздействием внешних факторов по-прежнему сохраняют свою реальность угрозы возникновения и разрастания конфликтных ситуаций в регионе. Определенным образом на устойчивость ситуации в регионе оказывают влияние и внутренние факторы, к числу которых можно отнести социально — экономическое отставание входящих в него стран, сохранение кризисных тенденций в экономическом развитии государств, межэтнические противоречия, существующие в регионе экологические и ряд других проблем социального и межгосударственного характера.

Более того, реанимация в Центральной Азии «Большой игры», основополагающей в которой является борьба за доступ к ресурсному потенциалу, имеющемуся в значительных объемах в странах региона, попадание последних на передовую линию объявленной мировым сообществом войны против международного терроризма привело к тому, что Центральная Азия приобретает все большее значение в формирующейся структуре международных отношений. Стратегическая важность Центральной Азии обусловливает заинтересованность всех геополитических игроков и мирового сообщества в долгосрочной мирной и стабильной обстановке на ее территории.

Очевидно, что в этих условиях страны Центральной Азии осознают, что проблемы обеспечения государственной, и тем более, региональной безопасности, оказывающие существенное влияние на устойчивое развитие государств и жизненный уровень населения, нельзя решить эпизодическими, одиночными усилиями отдельных стран, или даже группы стран. В этой связи они стремились и стремятся к формированию в регионе коллективных институтов в сфере безопасности, к обозначению своего участия в уже существующих структурах.

Сегодня в регионе наряду с такими авторитетными организа­циями, как ООН и ОБСЕ с разной степенью активности действуют и другие институты многостороннего взаимодействия, а именно ОДКБ, ШОС, НАТО. Как диалоговый форум все более осязаемым фактором международной жизни становится Совещание по взаимодействию и мерам доверия в Азии (СВМДА).

В этом контексте возникает вопрос корреляции миссии и интересов вышеназванных структур. Ответить на него довольно сложно, поскольку представления, цели и средства действующих в регионе акторов переплетаются. При этом проблему региональной безопасности каждый игрок рассматривает сквозь призму собственных национальных интересов. Поэтому для решения указанного вопроса необходим согласованный подход всех акторов относительно интересов и способов их защиты.

В разрезе этого наиболее актуальным, на наш взгляд, является изучение некоторых аспектов взаимоотношений ШОС и НАТО, которые по сравнению с остальными отличает более активное участие в центрально-азиатской подсистеме международных отношений в сфере безопасности.

Как известно, именно понимание первостепенности задач по укреплению региональной стабильности и мер доверия привело к формированию Россией, Китаем, Казахстаном, Таджикистаном и Кыргызстаном в апреле 1996 года «Шанхайской пятерки», на смену которой, спустя пять лет, пришла в обновленном составе после вхождения в нее Республики Узбекистан Шанхайская организация сотрудничества.

Сегодня мы говорим о том, что процесс организационного становления данной региональной структуры является завершенным, более того, пройдя «проверку на прочность», она зарекомендовала себя на мировой арене как авторитетная и влиятельная организация. Международный вес этого интеграционного института определяется не только совокупным демографическим и территориальным потенциалом входящих в него стран, но и тем, что Россия и Китая являются ядерными державами и постоянными членами Совета Безопасности ООН. Конструктивность и эффективность деятельности ШОС привели к тому, что и другие страны изъявили желание присоединиться к ней как в ранге полноправных членов, так и в качестве наблюдателей, среди которых Монголия, Индия, Пакистан, Иран и Беларусь.

Первоначальное отношение НАТО к ШОС характеризовалось пассивностью, практически минимальным реагированием на ее развитие. Североатлантический военный блок рассматривал тогда еще Шанхайскую пятерку как структуру, деятельность которой не несет никакой угрозы интересам Запада, а, напротив, свидетельствует о снижении доминировавшей ранее роли Москвы в Центральной Азии в связи с появлением нового игрока — Китая. Однако впоследствии с постепенным расширением параметров сотрудничества Китая со странами региона, и, в первую очередь, с Республикой Казахстан в нефтяном секторе, Вашингтон изменил свое мнение на противоположное.

Преобразование Шанхайской пятерки в Шанхайскую органи­зацию сотрудничества получило негативную оценку Альянса, что объяснялось следующими факторами. Во-первых, в ШОС ведущее положение заняли Россия, желающая развивать и укреплять многополюсный мир, и Китай, настроенный на противодействие гегемонии США в мире. Во-вторых, со временем деятельность организации сконцентрировалась на военно-политической компоненте.

Более того, принятая пятого июля прошлого года Астанинская декларация ШОС, в которой лидеры стран организации единодушно рекомендовали США определиться со сроком пребывания контингента НАТО на территории стран-членов ШОС, убедил многих в том, что молодая структура задалась целью превращения в некий военно-политический альянс, альтернативный западному.

Многие политики отмечают, что сегодня Россия и Китай серьезно укрепили свои позиции в регионе. Оба эти государства вывели центрально азиатское направление в число своих приоритетных геополитических и геоэкономических задач, не скрывая при этом существующего между ними стратегического взаимопонимания в отношении присутствия США на территории региона. Исходя из этого, многие предполагают возрождение философии «холодной войны» и отжившего биполярного мира.

Однако, на наш взгляд, такой сценарий не несет в себе никакой привлекательности для стран-участниц ШОС, прежде всего, с точки зрения долгосрочной перспективы. Очевидно, что усиление политики противостояния может привести к снижению уровня мер безопасности и позднее к открытой конкуренции в рамках региона, а также к обвинению и России, и Китая в антизападное™. Данное утверждение не отвечает стратегическим интересам ни заинтересованных внешних игроков, ни самих центрально азиатских государств, которые, как отмечалось выше, не в силах обеспечить свою безопасность в одиночку, без контактов с главными игроками международной жизни.

Далее. Обе структуры — и НАТО, и ШОС — объявили о решении в регионе одной главной задачи — обеспечение безопасности. На самом же деле, они решают совершенно противоположные задачи. Закономерно возникает вопрос, ради решения какой фактической задачи сохраняется американское присутствие в регионе. Мы можем давать различную оценку сути военного нахождения США в Центральной Азии, но ясно то, что за этим стоит далеко идущая стратегия и более сложные планы.

Об этом однозначно говорит проект «Большой Центральной Азии», представленный в прошлом году Институтом по изучению Центральной Азии и Кавказа Университета им Дж. Гопкинса в Вашингтоне. Суть данного плана состоит в том, чтобы связать в единое военно-стратегическое и геополитическое целое Центральную Азию и Афганистан, а затем объединить Большую Центральную Азию с так называемым «Большим Ближним Востоком», с передачей в будущем Западу функции контроля. Другой целью проекта является обособление этого расширенного региона и его вывод из-под влияния других великих держав — России и Китая. В этой связи особого внимания заслуживает то, что, по замыслу авторов проекта, в качестве одного из основных инструментов осуществления указанной американской стратегии должно выступить НАТО.

Упомянутый выше Афганистан стоит в одном ряду среди многочисленных факторов, угрожающих устойчивому развитию стран центрально-азиатского региона. Существующая военно-политическая обстановка в государстве красноречивее всего говорит о том, что конфликт все еще далек от своего окончательного разрешения и, по-прежнему, продолжает вызывать напряженность в регионе, представляя реальную угрозу стабильности и безопасности для Центральной Азии и всего мирового сообщества.

Время показало, что силы антитеррористической коалиции не справляются с источниками терроризма, экстремизма и наркотрафика, сосредоточенными на афганской территории. Более того, перманентная угроза распространения этих вызовов на соседние с Афганистаном государства не только не уменьшилась, но и существенно возросла. В этой ситуации объективным решением проблемы видится объединений усилий государств, что предполагает масштабное военно-политическое взаимодействие, которое может активизироваться в рамках сотрудничества ШОС и НАТО.

Кроме того, следует отметить, что почти все центральноазийские государства имеют общие границы с Афганистаном, и потому они более информированы о ситуации у своего соседа. Анализ происходящих событий показывает, что коалиционные силы НАТО не торопятся завершить борьбу с терроризмом. Достаточно сказать, что главой бандформирований в Афганистане является лидер Исламской партии Афганистана (ИПА) Г.Хекматиар, который фактически возглавляет силы, противостоящие коалиционным войскам. За последнее время все большее число однопартийцев Хекматияра занимают ключевые посты в правительстве Карзая. Создается впечатление, что коалиционные силы НАТО находятся в ожидании чего-то. Нам представляется, что в этой стране практически невозможно обеспечить стабильность посредством военных действий, о чем свидетельствует многолетняя война в Афганистане. На наш взгляд, для решения этого вопроса через выработку взаимоприемлемых вариантов политическими методами, то есть путем переговоров, необходимы совместные усилия стран ШОС и НАТО.

Вполне возможно, что этот вариант подразумевает начало форми­рования новой модели межгосударственного сотрудничества в регионе, которая предполагает схожесть или совпадение стратегических интересов как самих центральноазиатских стран, так и ряда других государств, в том числе России, США, Китая. Вполне возможно, настало время перехода к более высшим формам коллективной безопасности и военных взаимоотношений всех заинтересованных государств.

Как видно, вопрос обеспечения безопасности в регионе носит актуальный и злободневный характер. Однако, эффективность его решения зависит от ряда факторов, одним из которых является способность стран Центральной Азии сделать верный выбор и занять непреклонную позицию в отношении внешних партнеров в сфере безопасности. Причем данный выбор должен исходить не только с точки зрения защиты сугубо национальных интересов, но также с учетом общерегиональных интересов. Такой подход видится как еще одно проявление стремления стран региона к процессу интеграции.

Настоящее и перспективы ШОС

Изначально сформировавшись для решения пограничных вопросов на базе соглашений об укреплении доверия в военной области и о взаимном сокращении вооруженных сил в районе границы, «Шанхайская пятерка» — Россия, Китай, Казахстан, Кыргызстан и Таджикистан — выросла в весьма динамичную и влиятельную международную организацию. С 2001 г. ее членом является Узбекистан, статус наблюдателя имеют Монголия, Индия, Пакистан, Иран, а интерес к деятельности ШОС так или иначе проявляют Шри-Ланка, Япония, а также Ассоциация государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН), США и Европейский союз (ЕС). Между тем ШОС «эффективно существует на стыке цивилизаций», а ее участники отнюдь не считают, что различия между культурами и цивилизациями «непримиримы», как это пытаются доказать отдельные политики.

Страны ШОС не скрывают, что их задача — укрепление организации. Но речь идет не столько о расширении, сколько об усилении эффективности организации. ШОС — открытая организация партнеров, охватывающая почти 2/3 Евразийского континентального пространства и объединяющая государства различных цивилизационных истоков. Она ориентирована на поддержание мира и стабильности в регионе и развитие широкого международного сотрудничества. В центре Евразии, в сердце планеты, строится объединение, включающее в себя две глобальные мировые единицы — Китай и Россию, вошедшие в XXI в. стратегическими партнерами, и охватывающее страны с огромным взаимодополняющим потенциалом.

Имея накопленный членами организации при решении трудных, а подчас драматических вопросов политического и военного характера, успешный опыт сотрудничества, достигнутое за годы существования ШОС взаимное доверие, следование традиции межцивилизационного уважения, диалога и поиска общих путей развития — все то, что иногда называют «духом Шанхая», государства — члены ШОС вправе рассчитывать и на общие стратегические достижения во взаимодействии в этом регионе в самых разнообразных областях.

За пять лет своего существования Шанхайская организация сотрудничества в своем развитии продвинулась далеко вперед. Приняты десятки основополагающих договорно-правовых документов, касающихся различных направлений сотрудничества. В итоге была заложена правовая база организации и отлажен механизм взаимодействия. Осуществляется плодотворное сотрудничество в области безопасности, что отвечает интересам всех государств — членов ШОС и весьма важно для обеспечения стабильности в регионе в целом. На основе взаимной выгоды и взаимной заинтересованности интенсивно развивается торгово-экономическое сотрудничество. Углубляются контакты в гуманитарной сфере, развивается культурное сотрудничество. ШОС активно наращивает и внешние связи, ее авторитет растет. Установлены официальные связи с международными и региональными организациями, такими, как ООН, АСЕАН, СНГ, Евразийское экономическое сообщество (ЕЭС), все большее число государств желали бы установить контакты с ШОС.

Несмотря на молодой возраст, ШОС из когда-то консультативной структуры постепенно преобразовалась в региональную международную организацию и взяла на себя функции гаранта мира и стабильного развития и в Центральной Азии и в Азиатско-Тихоокеанском регионе.

По мнению наблюдателей, регион Центральной Азии, куда относятся большинство стран — участниц ШОС, уже стал местом геополитического и геоэкономического противостояния многих внешних сил. В этой связи в условиях нехватки природных ресурсов, острой экономической конкуренции очевидно, что борьба за обладание стратегическими ресурсами и контроль над экономически важным Центрально азиатским регионом будут еще более обостряться и ужесточаться.

Конечно, это обстоятельство на самом деле может как объединять интересы данной группы государств, так и способствовать их конкуренции. Но как раз, в частности, для смягчения и улаживания последнего и может быть использована структура ШОС. Надо отметить, что в ШОС входят страны с немалым экономическим потенциалом, огромной территорией и демографическими ресурсами. Некоторые из них — Россия и Казахстан — располагают запасами энергетических ресурсов, а Китай, Кыргызстан, Таджикистан и Россия имеют крупные объекты энергетики. Эти факторы как объединяют интересы государств, входящих в ШОС, так и способствуют их конкуренции. В любом случае в последние годы Россия, Китай и Казахстан демонстрируют завидные темпы экономического роста.

Однако трудно выявить, насколько данные экономические достижения связаны именно с их членством в ШОС, но нельзя отрицать того, что развитие нормальных добрососедских отношений, включающих быстрый рост экономических контактов между странами, входящими в Шанхайскую организацию сотрудничества, именно положительно сказалось на общем экономическом росте, стало одним из его составляющих.

Как отметил в своем выступлении на пленарном заседании глав государств — членов ШОС 5 июля 2005 г. в Астане Президент Республики Казахстан Н.А. Назарбаев: «Казахстан рассматривает ШОС, Совещание по взаимодействию и мерам доверия в Азии и съезд лидеров мировых религий, который будет регулярно проводиться в нашей стране, как взаимодополняющие механизмы.

Это своеобразная триада важна еще и тем, что экономика, безопасность, религиозный диалог не просто взаимоувязаны. Мы надеемся на вашу поддержку в этих направлениях. Сегодня можно утверждать, что самые эффективные экономические проекты без создания безопасной среды стратегически нереализуемы, что без конфессионального мира невозможно говорить о реальной безопасности в регионе... Важность азиатских институтов сотрудничества определяется и тем, что возникает новая самостоятельная культура межгосударственных отношений. При явно обозначившихся проблемах в международном праве, появлении различных радикальных концепций будущего мироустройства очень важно в рамках азиатского сотрудничества создать свои модели региональных объединений. Определенный вакуум в международно­правовом кодексе должен восполняться и таким эмпирическим опытом, который будет нарабатываться в рамках нашей организации, тем более что некоторые правовые основания постялтинского мира в значительной мере были реализованы явочным путем. Можно с этим не соглашаться, но не видеть реальности нельзя»*.

Четко выверенная и грамотная политика Республики Казахстан в области социально-экономических реформ, проводимая правительством страны, позволила Казахстану стать лидером экономического роста среди новых независимых государств. По данным Всемирного банка, Казахстан, чье население составляет лишь 1/4 населения всей Центральной Азии, обеспечивает 2/3 дохода всего региона. Объем ВВП на душу населения Казахстана в 2005 г. составлял $3440. Статистика показывает, что Казахстан уже вышел по показателям на экономический уровень стран Восточной Европы, недавно ставших членами Евросоюза. Несколько лет назад Конгресс США и Совет Европы признали Казахстан страной с рыночной экономикой, а ведущими международными рейтинговыми агентствами республике был присвоен международный инвестиционный рейтинг.

Нельзя не отметить, что Китай в последнее время демонстрирует солидные экономические достижения. Так, доля Китая в 2004 г. составила 24,4%, превысив уровень мирового ВВП, тогда как тот же показатель у США, к примеру, был равен 18,6%. В прошедшем 2005 г. КНР продемонстрировала те же показатели развития.

Экономическое сотрудничество признается странами — членами ШОС как важное и перспективное направление. О необходимости экономического сотрудничества стали говорить еще в 1998 г. Уже на первой встрече 14 сентября 2001 г. в Алматы был подписан Меморандум между правительствами государств — членов ШОС об основных целях и направлениях регионального экономического сотрудничества и запуске процесса по созданию благоприятных условий в области торговли и инвестиций. В соответствии с меморандумом, запущен механизм регулярных встреч министров государств — членов ШОС, отвечающих за внешнеэкономическую и внешнеторговую деятельность (первая состоялась еще в мае 2002 г. в Шанхае).

Важнейшим шагом на пути углубления экономического взаимодействия стало утверждение в сентябре 2003 г. на заседании Совета глав правительств (премьер-министров) государств — членов ШОС в Пекине Программы многостороннего торгово­экономического сотрудничества. В долгосрочной перспективе до 2020 г. программа рассчитана на создание наиболее благоприятных условий для торговли и инвестиций, максимального и эффективного использования региональных ресурсов и постепенного перехода к свободному перемещению товаров, капитала, услуг и технологий на пространстве ШОС. Среди приоритетных направлений сотрудничества, наряду с энергетикой, транспортом, телекоммуникациями, кредитно-банковской сферой, программа выделяет взаимодействие в области образования, науки и инновационных технологий, здравоохранения, сельского хозяйства. Таким образом, можно утверждать, что программа имеет серьезную социальную составляющую и, по сути, может быть заявлена как программа совместного развития стран региона в первой половине XXI в.

В марте 2004 г. в г. Москве и в мае того же года в г. Ташкенте прошли встречи экспертных групп шести стран по проработке плана мероприятий по реализации Программы, сформированы профильные группы по вопросам электронной торговли, таможенного дела, товарной инспекции и унификации стандартов, содействия инвестициям. Начиная с 28 мая 2004 г. стали регулярными совещания министров экономического развития и торговли государств — членов ШОС. В октябре 2002 г. в Пекине прошел первый Форум ШОС по инвестициям и развитию в сфере энергетики с участием как представителей государственных органов и коммерческих структур, так и транснациональных корпораций. Создан Деловой совет и Фонд развития ШОС для активного привлечения негосударственных секторов экономик государств — членов ШОС. В сентябре 2004 г. в Бишкеке был утвержден План мероприятий по реализации Программы многостороннего торгово­экономического сотрудничества, который содержит 127 пунктов. Только раздел сотрудничества в сфере топливно-энергетического комплекса представлен 19-ю совместными темами разработки, а сфера транспорта содержит 20 тем, почти треть Плана мероприятий посвящена области образования, науки и технологий.

Предусматривается механизм их реализации в соответствии с принципом поэтапности.

Все это наглядно демонстрирует, что перед Шанхайской организацией сотрудничества государства-участники ставят амбициозные задачи. Оптимизм для этого есть. В последние годы экономический рост во всех странах ШОС стабильно достигает 6— 8%, а по прогнозам, данный темп удастся удержать в ближайшие 5—6 лет и не только в связи со стабильной хозяйственной динамикой Китая, ставшего вторым государством мира по объему ВВП, возрождением экономики России, активным прогрессом и достижениями в социально-экономической сфере Казахстана, продвижением экономики других центрально-азиатских государств — членов ШОС. Серьезные выгоды сулит сотрудничество в топливно­энергетической и транспортной областях. Есть возможность при наличии организации совместной геологоразведочной деятельности осуществить разработку природных ресурсов Центральной Азии. Планируется реализовать проект нефтегазового характера по прокладке трубопровода из Центральной Азии в Синьцзян- Уйгурский автономный район Китая с коренной реконструкцией трубопроводной системы в Кыргызстане. «Проектом века» называют проект строительства трубопровода из России в Китай. Не случайно в связи с этим пристальное внимание американских партнеров к отношениям между государствами — членами ШОС.

В планах Шанхайской организации сотрудничества — проработка идеи единого транспортного пространства государств-участников. Ведется определенная работа по модернизации автотранспортных коридоров, изучению возможностей прокладки новых маршрутов, в том числе железнодорожных, из западных районов Китая в Европу. Стратегическое значение новых транспортных коридоров, способных создать абсолютно новые векторы в региональной экономической политике, очевидно. Их благотворное влияние уже в краткосрочной перспективе скажется на ситуации не только государств Центральной Азии — Казахстана, Кыргызстана, Узбекистана и Таджикистана, но и близлежащих стран.

Ведь открытый доступ к морским портам — это доступ к новым ресурсам развития, к новым рынкам, к новым отношениям. Именно такой путь развития станет наиболее надежным и эффективным средством преодоления существующих проблем современности, которые еще долго будут порождать межцивилизационную подозрительность и недоверие, экстремизм, сепаратизм и терроризм.

С каждым годом конкретное практическое сотрудничество в рамках ШОС уверенно набирает темпы. Совершенно очевидно, что интеграция в рамках ШОС приобретает многоплановый характер, охватывая и социально-экономические проблемы, и вопросы региональной безопасности, гуманитарного партнерства. В 2006 г. прошли встречи министров обороны, культуры, намечено проведение совещаний секретарей Советов безопасности, генеральных прокуроров, министров образования. К примеру, утвержден План культурного сотрудничества на 2005—2006 гг., в 2005 г. подписано Соглашение между правительствами государств — членов организации о взаимодействии при ликвидации чрезвычайных ситуаций. На уровне экспертов уже согласованы проекты соглашений о проведении совместных антитеррористических мероприятий, о сотрудничестве в области выявления и перекрытия каналов проникновения на территории государств — членов ШОС лиц, причастных к террористической, сепаратистской и экстремистской деятельности, о технической защите информации в Региональной антитеррористической структуре, а также Заявление о международной информационной безопасности. С мая 2005 г. в Москве начал работу клуб послов государств — членов ШОС.

Несомненно одно: за годы существования ШОС сделано немало и приведенные выше примеры — лишь незначительная часть большой работы в рамках организации. Надо приветствовать и поощрять любые дальнейшие шаги в направлении интеграции стран — членов Шанхайской организации, ведущие не только к улучшению экономической ситуации в наших странах, но и способствующие созданию прочной основы для сохранения стабильности и безопасности в данном регионе.

1. Вместе с тем у ШОС есть ряд проблем. Регулярное проведение встреч, привлекающих внимание других стран мира, политиков и обозревателей, конечно, повышает в определенной степени международный имидж ШОС. Однако у стороннего наблюдателя назревает вопрос: «Что конкретного экономические или иные связи в рамках ШОС принесут для улучшения внутриэкономического, социального, гуманитарного положения в странах — членах ШОС?». Ведь существованием организации и проведением регулярных встреч министров экономик и финансов не подменить сближения и консолидации стран на идеях совместного развития, взаимовыгодного экономического сосуществования. Возникает дилемма — будет ли данное объединение основано лишь на стремлениях «верхов» или же оно станет действительным выразителем коренных интересов народов стран, входящих в ШОС?

Если речь идет о международном сообществе государств, основанном на глубинном понимании друг друга, то в нем не может быть места для разрыва между официозом и реальностью повседневной жизни. Пока официоз и оптимистическая риторика преобладают. ШОС еще не проявила себя активным участником международного экономического процесса, не стала самостоятельным игроком. На наш взгляд, организация должна предпринимать больше усилий и практически вовлекать своих участников к совместной работе по реализации тех или иных экономических проектов, выступая единым целым, а не подменяя участие в ней развитием только двусторонних связей, выдавая их за результаты членства. Двустороннее сотрудничество — это все-таки элементы внешнеполитической стратегии двух государств — участников данного процесса, а ШОС — это ярко выраженный многосторонний фактор. Экономические начала многосторонности, которым бы стягивалось геостратегическое пространство, в ШОС пока раскручены не в полную силу, и мощь реальных экономических потенциалов его участников практически слабо задействована или отсутствует.

2. Немалое влияние на деятельность организации будут, полагаем, оказывать и фактор недостаточности совместного бюджета, и дефицит средств, а это в перспективе чревато созданием ситуации некоторых противоречий. Рано или поздно, не исключено, на развитии взаимоотношений, в том числе экономических, скажутся и центробежные факторы, связанные со сменой политических элит, политического менталитета, с возможным возникновением конфликтного потенциала в ресурсной сфере, нехваткой водных ресурсов, проблемами трансграничного характера и т.д.

В этой связи, думается, наиболее перспективными и востребованными направлениями взаимодействия всех стран — членов Шанхайской организации должны стать вопросы транспортных коммуникаций, энергетика и природопользование. Необходимо более энергично форсировать реализацию под эгидой ШОС на основе тендера крупных проектов, заявленных в Плане мероприятий, имеющих значение для экономик всех стран-членов (по примеру проектов ООН), это имело бы большой практический и экономический эффект. Жители стран — членов организации осознали бы, что ШОС — действительно, мощная организация, что она живет полноценной жизнью и приносит пользу. Крупные компании также воспринимали бы ШОС как серьезного заказчика. Думается, что проекты в сфере инфраструктуры и охраны природы, по предотвращению опустынивания земель, рациональному использованию гидроэнергетических ресурсов, строительству новых энергокомплексов встретили бы понимание и получили достаточную финансовую поддержку крупных компаний шести стран.

3. Как известно, ШОС — открытая организация. Тем не менее в ее практической деятельности не хватает информированности, настоящей пропаганды одобренных государствами — членами организации интересных предложений и идей. Крупный бизнес, деловые структуры недостаточно хорошо осведомлены о принятых экономических, энергетических, транспортных и иных проектах, что исключает возможность привлечения инвестиций, подключения к их реализации более широкого круга участников, в том числе и со стороны малого и среднего бизнеса. В этой связи можно было бы рекомендовать Секретариату Шанхайской организации сотрудничества продумать и согласовать на уровне соответствующих совещаний в рамках организации вопросы выпуска информационного журнала «Вестник ШОС», создания совместной телекомпании «ШОС» по аналогии с неплохо зарекомендовавшей себя телекомпанией СНГ «МИР».

3. Немаловажным вопросом для ШОС остается вопрос расширения: что делать с ростом числа желающих вступить в ШОС, как более детально проработать прием членов, чтобы было понятно, кто и на каких основаниях может войти в ШОС? К настоящему времени подготовлен проект нового положения о том, как строить работу со странами — наблюдателями в ШОС. Утвердить его главы государств должны будут в июне. Будут рассмотрены предложения по структурной перестройке органов ШОС, повышению эффективности действующего при ШОС Регионального антитеррористического центра (РАТЦ) со штаб-квартирой в Ташкенте и связанной с этим необходимостью активизации борьбы с терроризмом и сепаратизмом, с наркобизнесом, о создании в рамках ШОС антинаркотического центра.

4. Хотелось бы высказать также следующее. На данной конференции свое видение перспектив ШОС представляют видные ученые, аналитики, эксперты как стран — членов ШОС, так и заинтересованных стран. Их мнения весьма любопытны и интересны, спектр поднимаемых проблем широк и полезен для осмысления. Подобная конференция, но по проблемам безопасности также была организована КИСИ в 2005 г. и также были высказаны научные подходы по указанной проблематике. Однако отслеживание развития ситуации как в ШОС, так и вокруг него, изучение круга рассмотренных за этот период текущих вопросов говорит о том, что сама Шанхайская организация сотрудничества как бы существует в некоем вакууме, опираясь на трактовку вопросов только узкого круга дипломатов, привлекаемых экспертов из ряда министерств, ведомств более прикладного характера. Между тем большое внимание следует уделять и научному видению перспектив и возможностей ШОС, говоря современным языком, научным технологиям.

В этой связи предлагаю оргкомитету настоящей конференции подготовить резюме наиболее значимых предложений, идей, оценок и рекомендаций, прогнозов, высказанных участниками настоящей международной конференции, и направить для рассмотрения в Секретариат ШОС в качестве документа для внесения на очередной саммит министров иностранных дел государств — членов ШОС, на встречу министров экономики государств — членов ШОС. Поскольку конференция проходит в Казахстане, то следует проработать предоставление вышеупомянутого документа в Секретариат ШОС через Национального координатора от Республики Казахстан.

Перспективы Шанхайской организации сотрудничества достаточно широки. Во-первых, все страны-участницы географически близки, их связывает схожая история, общая культура, прочные традиции дружественных контактов. Это уникально для сотрудничества. Все страны — члены ШОС нуждаются в сохранении стабильности и безопасности как внутри своих стран, так и по периметру внешних границ, поэтому заинтересованы и в достижениях собственных результатов в продвижении решения социально-экономических и иных задач, и в совместном противодействии возникающим угрозам и вызовам их существования. Справедливости ради следует особо отметить, что все государства — участники ШОС проявляют заинтересованность в усилении экономической составляющей своей организации, ибо ясно осознают, что, только объединив усилия, члены ШОС смогут превратить Шанхайскую организацию сотрудничества в более спаянную, более деловую, более востребованную международную организацию.

<< | >>
Источник: Зеркалов Д. В.. Политическая безопасность. Проблемы и реальность. Книга 1. 2009

Еще по теме Проблемы ШОС:

  1. Перспектива расширения ШОС
  2. Фактор ШОС в политике Китая
  3. 21.Шанхайская организация сотрудничества (ШОС)
  4. Основные направления деятельности ШОС
  5. ШОС во внешней политике Китая
  6. ШОС: параметры энергетического диалога
  7. Сопоставление ОДКБ и ШОС как элементов системы региональной безопасности
  8. Шанхайская организация сотрудничества (ШОС)
  9. Перспективы Шанхайской организации сотрудничества (ШОС)
  10. Углубление российско-китайского сотрудничества и развитие ШОС
  11. ШОС как механизм регионального взаимодействия двух стран
  12. Правовые основы кыргызско-китайского сотрудничества в рамках ШОС