<<
>>

2.3. Россия, Ближний Восток и Израиль в свете геоэкономики

Русский мир и Израиль

Идея Русского мира имеет прямое отношение к развитию Государства Израиль, в котором проживает самая крупная за пределами СНГ русскоязычная община, насчитывающая в настоящий момент порядка одного миллиона человек.
Ибо, как выражается в своей работе "Идеология нового поколения" - коллега и соавтор многих работ Щедровицкого Ефим Островский: "Русский мир - это мир русских и русских санкт-петербуржцев, русских удмуртов и русских москвичей, русских бурят и русских челябинцев, русских евреев и русских калининградцев, где бы они ни жили…" .. Это мир " русских австралийцев и израильтян, это и мир русских американцев и русских немцев..." .

Постановка вопроса о Русском мире позволяет снять извечный вопрос о судьбе русскоязычной общины. А также известное противоречие, испытываемое очень большой частью общины. С одной стороны, многие ощущают себя евреями, но очень немногие считают, что они стали полноценными израильтянами. Поэтому для значительного большинства русскоязычной общины в Израиле характерно признание себя некоей автономной общностью - "русскими израильтянами".

Как полагает ведущий исследователь "русской" общины в Израиле д-р Элиэзер Фельдман, в результате 12-летней алии в Израиле сложился особый "русский" субэтнос или культурно-поведенческая автономия. Это особый социум, сложившийся из индивидуумов, попавших в новую для них социокультурную среду проживания, и вынужденно создающих особые, отличные от коренного населения формы социальной и культурной жизни и свою среду общения.

Основные признаки такой автономии:

- культурная самодостаточность: полная система средств информации на русском языке, многочисленные гастроли русскоязычных деятелей искусств, общинная сфера культуры и творчества, постоянно расширяющаяся система просвещения

- мощная потребительская самостоятельная сфера услуг и инфильтрация русскоязычных работников в израильскую сферу услуг, преимущественное положение двуязычных работников.

- формирование общинной элиты и политических партий.

(Э. Фельдман. "Русский" Израиль: между двух полюсов. М. 2003).

Наиболее принципиальным являются для русскоязычной общины два основных положения теории Русского мира, касающиеся соотношений общества, государственности и Русского мира. Рассматривая эти взаимоотношения с точки зрения системного подхода, Шедровицкий предлагает понятие России как страны-системы. При этом сама Россия выступает как ядро этой системы, а русскоязычные диаспоры в мире - как структурные элементы этой системы. И это, естественным образом, укладывается в логику развития современного мира, где стираются кажущиеся незыблемыми прежде границы между "внешним и внутренним". Исчезают границы между населением, живущим внутри России и русскоязычной общиной, проживающей вне ее. Экономическая политика может решать внутренние территориальные задачи только при участии в мировых хозяйственных процессах. Соответственно именно диаспоры, антропоструктуры и мировые сети (сеть, надо полагать имеется в виду и как способ организации, помните "сетевые сообщества людей" и ту роль, которую стал играть интернет, намного облегчающий сетевую организацию людей в мировом масштабе) становятся в первую очередь "центрами выработки и принятия решений".
Лишь после этого данные решения озвучиваются в виде государственной политики.

Отметим, что первые итоги понимания важности Русского мира для России уже проявились. В 2002 году при активном участии России создан Всемирный конгресс русскоязычного еврейства, объединивший организации русскоязычных евреев в почти 100 странах мира.

В целом для русскоязычной общины в Израиле продвижение теории Русского мира сулит весьма благоприятные последствия.

Проблема состоит в, том, насколько она релевантна нынешней политике государства Израиль. Традиционный израильский подход состоит в признании важности фактора лишь американской еврейской диаспоры и то в ограниченном масштабе. Признается ее право на инвестиции и возможность влияния на политику, но лишь с благоприятной точки зрения для израильского правительства, находящегося у власти в данный момент. Не случайно и правое и левое правительство бурно критикуют своих оппонентов из противоположного лагеря, как только они пытаются задействовать американскую диаспору в свою пользу. И хотя возможности американской диаспоры в экономической и политической области признаются, но они резко отрицаются, когда речь идет о сфере духовной. Так, в сфере религии Государство Израиль активно противостоит попыткам реформистского и консервативного направлений в иудаизме получить равные права с ортодоксальным течением, несмотря на то, что число их приверженцев среди евреев в мире, как минимум не меньше, чем ортодоксов.

Что касается евреев стран СНГ, то они вообще главным образом рассматриваются как поставщики новых репатриантов. При этом, в последние годы ввиду резкого притока иммигрантов - неевреев по Галахе, они и с этой точки зрения стали гораздо меньше интересовать государство Израиль. Таким образом, израильский истеблишмент не видит и не использует возможности русскоязычной общины.

Если же рассматривать русскоязычную общину, как часть Русского мира, то она может сыграть связующую роль не только между Израилем и Россией, но и между Израилем и остальным миром.



Русский мир, еврейский мир и Израиль

Собственно для русскоязычных евреев Израиля, как и для всех евреев, проживших тысячелетия в диаспорах разных стран мира тот факт, что все они один мир, в данном случае Русский - не должен являться откровением. Практически во всей истории современной цивилизации евреи представляли собой единый еврейский мир - то же "сетевое сообщество людей", но место единого языка у них занимала единая религия. К началу 20 века сложилось так, что для большинства евреев диаспоры единым языком в основном стал идиш. Это стало более существенным объединительным фактором, чем единая религия, которая к середине 19 века, как раз стала терпеть серьезнейший кризис, выразившийся в усилении теорий эмансипации, сионизма и реформизма. Именно на идише долгое время говорили евреи Эрец-Исраэль.

Фактически теория Русского мира и России как ядра этой системы удивительным образом отлично совпадает с теорией постсионизма. Если сионизм утверждал, что главной задачей является собирание евреев диаспоры в государстве Израиль, то постсионизм (на мой взгляд, сионизм в классическом понимании давно умер, только никто не хочет в этом признаться - но это тема отдельного разговора) говорит, что сионизм выполнил свою задачу - создал государство Израиль, собрав в нем достаточное количество евреев. И это Государство, которое теперь вряд ли смогут уничтожить, что бы ни говорили пессимисты. И поэтому главная задача Израиля развивать связи с мировой еврейской диаспорой. То есть развивать еврейский мир.

Ибо, учитывая реалии современном мире уже не стоит надеяться на гигантскую алию из США, Европы и даже из стран СНГ.

Факты говорят о резком снижении алии в последние годы, и в ближайшее десятилетие она, вероятно вообще прекратит быть значимым фактором. Поэтому постсионизм, (если отбросить ярлыки, то за этим определением кроется лишь развитие идеи сионизма на современном этапе, также как теорий индустриального и постиндустриального общества) делает упор не на прямолинейном возвращении всех евреев в Израиль, а на всемерном развитии экономических, политических и культурных связей евреев диаспоры с государством Израиль для поддержания и формирования "еврейского мира с центром в Государстве Израиль."



Роль русскоязычной общины, рассматриваемая в рамках геоэкономического подхода

То, что говорит Петр Щедровицкий в отношении Русского мира, применимо к миру еврейскому: "Парадокс нынешней ситуации состоит в том, что любая страна, претендующая на статус державы Мира…стремится не только к удовлетворению интересов своих граждан, но и к работе в интересах граждан иных государств и стран." Таким образом, Израиль в принципе тоже должен быть заинтересован в улучшении связей своих граждан, выходцев из разных стран в их связях со странами исхода. Таким образом и Россия и Израиль должны быть взаимно заинтересованы в тесных взаимосвязях русскоязычных евреев с Россией.

Важность таких связей интуитивно ощущалась на разных уровнях, еще до появления теории Русского мира. С разных сторон, и с израильской и с российской, неоднократно делались заявления различного рода о необходимости улучшения экономических взаимосвязей, но дело за все 10 лет восстановления дипломатических отношений между Израилем и Россией так и ограничилось декларациями.

В первые годы восстановления дипломатических отношений Россия искренне надеялась на то, что Израиль поможет наладить связь России с мировым финансовым капиталом, что Израиль послужит мостом между Россией и Западом, но этого не произошло. Во многом, из-за непонимания обеими сторонами того, что такие намерения должны иметь под собой твердую почву. Но видимо, вырасти только из сугубо материального расчета эти связи не могут.

Потому-то идеи, основанные на том, что казалось бы экономические выгода этих связей очевидна, так и не реализовались.

Таким образом, для Израиля лучшим ответом на геоэкономический вызов на рубеже 21 века на первый взгляд могла бы стать роль ключевого элемента в нарождающемся союзе между США и Россией. При этом русскоязычная община Израиля (как часть мировой русскоязычной еврейской диаспоры) в свою очередь может рассматриваться в качестве центрального звена в стратегическом альянсе США, России и Израиля.



Выводы для Израиля и России из традиционного геоэкономического подхода

В категориях преобладания геоэкономического подхода положение Израиля выглядит еще безнадежней, чем в рамках геополитики. Израиль оказался в ситуации, когда он самостоятельно не может решить проблемы безопасности, несмотря на свое военное превосходство над палестинцами, да и над всеми окружающими его арабскими странами. Более того, ему недостаточно для этого даже союза с США. Ибо, США в отсутствии глобальной конфронтации с Россией, а скорее находясь с ней в партнерских отношениях (как между прочим и предвидел Бен-Гурион) оказывается гораздо менее заинтересован в Израиле, чем в хороших отношения с арабским миром. Ибо страны Персидского залива покрывают 13 процентов их нефтяного импорта. Еще больше зависит от арабской нефти Европа, почти 40 процентов ее получает она из стран Залива.

Кстати, во многом, поэтому давление европейцев на Израиль гораздо сильнее, чем давление со стороны США. Именно европейцы стали спонсорами двух крупных мирных арабо-израильских инициатив: норвежской и швейцарской. При этом в условиях геоэкономики Израиль сам громадным образом зависит и от Европы и от США, куда идут примерно по 30 процентов его экспорта, и от остального мирового сообщества. Возрастающее давление мирового сообщества на Израиль проявилось и в той роли, которую взял на себя международный "квартет" по Ближнему Востоку (США, Россия, ООН и Европа), фактически продавивший "Дорожную карту" в качестве обязательной программы решения израильско-палестинского конфликта.

Экономические проблемы все теснее смыкаются с политическими и практически неотделимы от них. Экономическое давление, оказываемое на Израиль для решения политических проблем ЕС, стало традиционным рычагом воздействия европейских структур на Израиль. Последний пример - требование ЕЭС - маркировать особым образом израильскую продукцию, изготовленную на территориях Иудеи и Самарии, которые ЕЭС считает оккупированными и на которые не распространяются таможенные льготы.

Это давление происходит в рамках конфликта так называемого "евразийского проекта" стран ислама и Европы (который мы подробно рассмотрели в главе о геополитике) и антиевразийского с участием США и Израиля. Оба проекта борются за привлечение на свою сторону России.

Здесь мы остановимся на геоэкономическом аспекте этой теории и особо коснемся фактора нефти. Ибо многие (на наш взгляд ошибочно) придают этому фактору ключевое значение при рассмотрении проблем, связанных с Ближним Востоком).

Напомним, что в рамках этого проекта Израиль рассматривается как прямая угроза исламскому миру, будучи главным союзником США на Ближнем Востоке, главном средоточии энергоресурсов современной экономики.

Евразийский проект, оформленный как союз ряда стран Европы и исламского мира, ставит своей целью включить в орбиту своего влияния Россию с двойной целью. Во-первых, чтобы не допустить формирования ее альянса с США. Во-вторых, чтобы в случае угрозы энергоресурсам исламского мира на Ближнем Востоке иметь стратегический резерв энергии в России.

Ибо в рамках геоэкономического подхода весь мир рассматривается не как у Бжезинского состоящий из 10 ключевых игроков, а как три макроэкономических региона, способных играть мироустроительные роли: США, объединенная Европа и Китай.

При этом две первых фигуры крайне зависят от энергоресурсов Ближнего Востока. Поэтому обе они стремятся и будут еще больше стремиться в дальнейшем установить свой контроль над этим регионом. США в достаточной степени зависят от ближневосточной нефти, покрывая за ее счет примерно четверть своих запасов. Но они обладают и своими достаточно большими ресурсами. В отличии от стран Европы, не обладающих собственным значимым потенциалом.

Здесь мы вкратце изложим логику и выводы приверженцев традиционного геоэкономического подхода с упором на нефтяной фактор. (Полностью эта теория изложена в статье Ю. Бялого на сайте Центра Сергея Кургиняна).

По их анализу США, исламские страны, Китай и Европа ведут в отношении региона и Израиля каждый свою игру. У каждого из игроков есть свои расчеты, но в целом они укладываются в следующую схему.

1. США и ислам

Авторы полагают, что США ведут в отношении стран Залива двойную игру. С одной стороны, Вашингтон сдерживает арабские конфронтационные амбиции в отношении Израиля. С другой стороны, США идут на уступки арабам по политическим вопросам в ущерб интересам Израиля. Еще один болезненный для арабов фактор политики США - обозначение "справедливых" цен на нефть на уровне 18-20 долл./барр. Это явно неприемлемо для арабов.

2. Европа и ислам

Европа, стремится как можно скорее сыграть роль "доброго шефа" для стран Залива. Основной интерес она проявляет именно к зоне своих традиционных основных поставок - региону Залива и Магриба. Однако главное в отношениях между Европой и исламом происходит даже не в сфере нефти. Отсюда и явно антисемитская и антиизраильская активность Европы.

3. Китай и ислам

Китай достаточно тесно связан с исламским миром еще с времен ввода советских войск в Афганистан, когда Пекин принял активное участие во многих антисоветских акциях. В части "энергетической дипломатии" в исламских странах необходимо подчеркнуть, что Китай давно наращивает свои инвестиции в Заливе. Китай также, несомненно, хорошо понимает угрозу, связанную с возможностью прекращения поставок нефти из Залива. Есть множество свидетельств того, что Китай последовательно демонстрирует исламским странам Залива свою политическую поддержку.

4. Игры ключевых мировых "игроков" с Россией

4.1. Европа и Россия

Взаимная "евразийская" ставка на сближение Европы и России является достаточно мощной тенденцией российской политики, и ее подхлестнули события 11 сентября. После этого началось активное обсуждение практических вопросов. Прежде всего - различных аспектов так называемого "плана Романо Проди" по снижению зависимости европейской энергетики от поставок из Залива. Однако в комплект механизмов диалога Европы с Россией по энергетическим и другим проблемам входят не только экономические пряники, но и весомые угрозы. Одна из наиболее существенных - угроза резкого ухудшения позиций Газпрома на европейских рынках за счет воплощения в жизнь так называемой "газовой директивы ЕС", которая предусматривает поставки газа по краткосрочным соглашениям (что сразу лишит Газпром "длинных" инвестиционных денег на развитие отрасли), лишение Газпрома прибыльной трубопроводной монополии, а также ограничение квоты продаж газа в любую из стран ЕС от одного поставщика уровнем 30% (этот уровень в ряде стран Газпром уже превысил, что ставит его перед необходимостью уступать Норвегии и Алжиру часть рынка).

Второе, политическое, направление европейского шантажа в отношении России - проблема Чечни.

4.2. США и Россия

Американская пресса все чаще заявляет, что российская нефть может стать для США альтернативой Заливу. При этом аналитики признают, что российскую нефть рентабельно ввозить в США только при мировых ценах выше 17-18 долл./барр., в то время как в Европу - при 10-12 долл./барр. Учитывая, что перевозка российской нефти в США экономически целесообразна только на "супертанкерах" емкостью не менее 300 тыс. т., единственным подходящим российским глубоководным портом оказывается Находка на Дальнем Востоке. И не случайно главная идея, которую обсуждают американцы в отношении российской нефти - инвестиции в магистральный нефтепровод Ангарск - Находка и нефтяные месторождения Восточной Сибири. Одновременно оператор и хозяин ранее почти замороженного проекта "Сахалин-1", американская Экссон-Мобил, заявляет, что в ближайшие 4 года она готова инвестировать в него 8 млрд. долл.

Последний явный знак острой заинтересованности США в контроле над российской нефтью - подписанное Бушем и Путиным в Москве заявление об энергетическом диалоге. В нем сказано:

"Россия помогает Америке уменьшить ее зависимость от конъюнктуры мирового нефтяного рынка, становясь надежным и крупным поставщиком нефти в США. Америка делится ноу-хау и налаживает поток инвестиций в разработку новых месторождений в России, строительство портов и трубопроводов".

На наш взгляд, все эти глубокомысленные спекуляции вокруг значения нефти для развития не имеют под собой никакой основы. Ни России, ни странам Ближнего Востока, за редким исключением нефтяные ресурсы не дали никакого импульса к устойчивому развитию. Последние исследования многих экспертов убедительно доказали, что слаборазвитым странам, к которым, как ни прискорбно, придется отнести и Россию, нефтяные ресурсы оказали "медвежью услугу". В таких богатейших нефтью странах, как Нигерия, Венесуэла, практически все страны Ближнего Востока, наличие нефтяных ресурсов лишь затормозило развитие этих стран.



Израиль и геоэкономический подход

Поскольку геополитический и геоэкономический подходы в начале 90-х годов еще не столь строго разделялись, то можно сказать, что, соглашаясь на договор Осло в 1993 году, Шимон Перес и его соратники исходили из геоэкономического подхода. В своей книге "Новый Ближний Восток". 1994г. вышедшей вскоре после заключения Норвежских соглашений Перес, в сущности описывает ту геоэкономическую реальность, которая была характерна для западного мира, где национальные государства уже были действительно не столь важны. Полагая, что модель ЕЭС может сработать и в условиях Ближнего Востока, Перес нарисовал картину грядущего Общего ближневосточного рынка без границ.

Собственно заблуждался не он один, европейские исследователи также проектировали радужное будущее. Тот же Карло Жан в упомянутой работе о геоэкономике писал:

"Аналогичный банк, ориентированный на регионы, создается и для стран Средиземноморья и Ближнего Востока, однако не столько по европейской, сколько по американской инициативе, в соответствии с решениями Конференции в Касабланке по экономическому сотрудничеству, вытекающему из мирного процесса на Ближнем Востоке".

Но он, как и его сторонники ошиблись, не приняв в расчет, то, что Ближний Восток в силу культурных традиций еще весьма далек от подобных иллюзий.

Кстати с подобными же утраченными иллюзиями столкнулась и Россия, надеявшаяся извлечь выгоду из вступления в международные европейские политические и экономические организации. Недавний пример: как пишет российская пресса, прошедшее 1-2 декабря 2003 года в Маастрихте заседание Совета министров стран ОБСЕ знаменовалось резкими заявлениями в адрес России со стороны ЕС и США. В ходе саммита ОБСЕ выявились разногласия между Россией и ЕС по целому комплексу политических проблем постсоветского пространства.

Российские политологи делают вывод, что "Основная проблема России состоит в том, что, имея собственные геополитические и экономические интересы, она не располагает достаточными ресурсами для их реализации. ЕС при поддержке США активно вытесняет Россию из традиционных сфер ее геополитического влияния на постсоветском пространстве. В связи с этим интеграционные процессы могут быть существенно замедлены, а российско-европейский диалог становится все более напряженным".

Такой же вывод сделал и президент Путин на недавней встрече с крупнейшими европейским бизнесменами. Путин прямо заявил, что у него сложилось впечатление, что ЕЭС пытается навязать России невыгодные для нее условия сотрудничества.

Таким образом, можно сделать вывод, что и в рамках геоэкономического, (понимаемого традиционным образом) подхода найти решение проблем развития России и Израиля в 21 веке не представляется возможным.
<< | >>
Источник: В.С. Поляк. Израиль и Россия в 21 веке: Геополитика - геоэкономика - геокультура. 2004

Еще по теме 2.3. Россия, Ближний Восток и Израиль в свете геоэкономики:

  1. Глава 7. Россия, Израиль и русскоязычная община Израиля в свете идей социальной алхимии (синергософии)
  2. В.С. Поляк. Израиль и Россия в 21 веке: Геополитика - геоэкономика - геокультура, 2004
  3. 3.2. Россия и Израиль в свете теории геокультуры
  4. 1.4. Геополитика: Израиль и Ближний Восток
  5. Е. Сатановский. Россия и Ближний Восток. Котел с неприятностями, 2012
  6. ТЕМА 15. РОССИЯ И ГОСУДАРСТВА АФРИКИ, БОЛЬШОГО БЛИЖНЕГО ВОСТОКА
  7. 10. БЛИЖНИЙ И СРЕДНИЙ ВОСТОК: КОНФЛИКТЫ И СОТРУДНИЧЕСТВО
  8. Ближний и Средний Восток
  9. МЕЖДУНАРОДНЫЕ ОТНОШЕНИЯ НА БЛИЖНЕМ И СРЕДНЕМ ВОСТОКЕ
  10. ПОЛИТИКА РОССИИ НА БЛИЖНЕМ И СРЕДНЕМ ВОСТОКЕ
  11. МЕЖДУНАРОДНЫЕ ОТНОШЕНИЯ НА БЛИЖНЕМ И СРЕДНЕМ ВОСТОКЕ
  12. Большой Ближний Восток: четыре горячих точки
  13. Стратегические интересы России на Ближнем Востоке
  14. 1.2. Геополитики разных школ о России и Ближнем Востоке
  15. Глава 5. Международные отношения на Ближнем и Среднем Востоке