<<
>>

СОПЕРНИК

Американцы могут восхищаться красотой, но на самом дележ их завораживают размеры. Большой каньон, калифорнийские секвойи, Центральный железнодорожный вокзал в Нью-Йорке, Диснейленд, внедорожники, американские вооружен­ные силы, компания Central Ekectric, Big Mac и Venri Latte.

Европейцы выбирают сложность, японцы придерживаются минимализма. Но американцам подавай все большое, лучше - огромное.

Вот почему Китай так занимает американские умы. Его масшта­бы заставляют Соединенные Штаты чувствовать себя карликом. На­селение - 1,3 миллиарда, в четыре раза больше, чем в Америке. Бо­лее ста лет американские миссионеры и бизнесмены бредили та­мошними возможностями - 1 миллиард душ для спасения, 2 милли­арда подмышек для дезодорирования, однако все это оставалось не­сбыточной мечтой. Китай был очень большим, но очень бедным. Знаменитая книга Перл Бак «Земля» (а также пьеса и фильм) пред­ставляла Китай как аграрное общество с выбивающимися из сил крестьянами, жадными землевладельцами, царящим повсеместно голодом, наводнениями, эпидемиями и нищетой.

Считается, что Наполеону принадлежит знаменитая фраза: «Пусть Китай дремлет, ибо если Китай проснется, то содрогнется мир». И на протяжении почти двух столетий Китай следовал его инструкции, он тихо спал и служил не более чем ареной для удовлетво­рения амбиций других великих держав. В XX столетии Япония, ко­торая когда-то умела только подражать Китаю, взяла над ним верх и в войне, и в мире. Во время Второй мировой войны Соединенные Штаты заключили с Китаем союз и оказывали ему помощь, а в 1945 году помогли ему занять место в Совете Безопасности ООН. В 1949 году к власти там пришли коммунисты, Вашингтон и Пекин стали врагами, а Китай откатился назад еще больше. Мао Цзэдун до­вел страну до череды катастрофических потрясений, которые раз­рушили ее экономический, технологический и интеллектуальный капитал. А в 1979 году мир начало потряхивать.

Пробуждение Китая вызывает изменения в экономическом и политическом ландшафте, но и сам Китай начинает меняться под воздействием мира, в который входит. Пекину приходится считать­ся с двумя силами, которые определяют весь постамериканский мир, - с глобализацией и национализмом. С одной стороны, эконо­мическое и технологическое давление толкает Пекин к интеграции и кооперации с окружающим миром. Но те же силы ведут к разруше­нию и социальным потрясениям внутри страны, поэтому режим ищет новые способы унификации общества, которое становится все более разнородным. В то же время подъем означает, что Китай ста­новится более напористым, оказывает все большее влияние на реги­он и на весь мир. Стабильность и спокойствие в постамериканском мире в значительной мере будут зависеть от того, сможет ли Китай найти баланс между силами интеграции и дезинтеграции.

Когда историки оглядываются на последние десятилетия XX века, в качестве переломного момента они указывают 1979 год. В тот год Советский Союз вторгся в Афганистан, тем самым выко­пав могилу, в которую был положен статус супердержавы. В том же году Китай запустил процесс экономических реформ. Сигнал о том, что они предстоят, поступил в декабре 1978 года на вошедшем та­ким образом в историю III Пленуме ЦК КПК 11 созыва. Как прави­ло, на этих пленумах ничего не происходило - раз за разом одни и те же напыщенные речи, одна и та же пустая риторика. Перед офи­циальной встречей, на сессии рабочей группы, новоизбранный лидер партии Дэн Сяопин произнес речь, которая стала самой важ­ной в современной истории Китая. Он заявил, что режим должен сосредоточиться на экономическом развитии, и пусть дело - а не идеология - ведут страну по этому пути. «Не важно, какого цвета кошка - черная или белая, - сказал Дэн. - Пока она ловит мышей, это хорошая кошка». И с тех пор Китай идет по пути безжалостно прагматичной модернизации.

Результаты превзошли все ожидания. Экономический рост Ки­тая на протяжении почти тридцати лет составлял 9 процентов в год -история не знает примеров подобного темпа роста крупной эконо­мики.

За этот же период из нищеты вырвалось около 400 миллионов человек - и снова в истории нет таких примеров. Годовой доход сре­днего китайца вырос в семь раз. Китай, вопреки помехам и препят­ствиям, в массовом порядке достиг того, о чем мечтают все страны третьего мира - здесь решительно порвали с нищетой. Экономист Джеффри Сакс выразился кратко и ясно: «Китай - это самый успеш­ный пример развития в мировой истории».

Величину перемен в Китае представить себе почти невозмож­но. Размер экономики на протяжении трех десятилетий удваивался каждые восемь лет. В 1978 году в стране производилось 200 кондици­онеров в год; в 2005-м их было произведено 48 миллионов. Объем ежедневного китайского экспорта сегодня равен объему годичного экспорта в 1978 году. Любой, кто посещал страну в этот период, мо­жет привести огромное количество аналогичных примеров.

Пятнадцать лет назад, когда я впервые побывал в Шанхае, рай­он Пудун, расположенный на восточной окраине города, представ­лял собой сплошные рисовые поля. Сегодня это деловой и финансо­вый район, плотно уставленный небоскребами из стекла и стали и сверкающий по ночам словно рождественская елка. Он в восемь раз больше нового лондонского финансового района Кэнэри Уорф и лишь немногим меньше Чикаго. Между прочим, город Чунцин дей­ствительно развивается по модели Чикаго, а сто лет назад Чикаго был самым быстрорастущим городом мира. Вполне возможно, что звание «самого быстрорастущего» сейчас следует присвоить именно Чунцину, поскольку ежегодный прирост населения в нем составляет 300 тысяч человек. Чунцин возглавляет список двадцати самых бы­строрастущих городов мира - а они все находятся в Китае!

Несмотря на то, что западных людей больше привлекает Шанхай, Пекин остается столицей китайской политики, культуры, искусства и даже экономики. Город невероятно изменился, причем история не знает примеров перестройки подобных масштабов. (Пожалуй, самое близ­кое сравнение - перестройка, которой Осман подверг Париж в XIX ве­ке.) Готовясь к Олимпийским играм 2008 года, в Пекине проложили шесть новых линий метрополитена, 43 километра трамвайных путей, построили новый аэропорт (естественно, самый большой в мире), 25 миллионов квадратных километров жилых и офисных помещений, создали 125-километровый зеленый пояс и Олимпийский парк площа­дью в 12 квадратных километров. Глядя на макет нового Пекина, непре­менно вспоминаешь о грандиозных планах Альберта Шпеера для пос­левоенного Берлина - составил он их в начале 1940-х; примечательно, что его сыну, Альберту Шпееру-младшему, тоже архитектору, принадле­жит проект восьмикилометрового бульвара, связывающего Запретный город с Олимпийским парком. Он не видит смысла сравнивать свой проект с проектами отца, которые тот составлял для Гитлера. «Этот проект грандиознее, - говорит он, - намного грандиознее».

У каждого серьезного бизнесмена сегодня имеется статистика пока­зателей Китая, и эта статистика настолько потрясающая, что повергает любого слушателя в ступор. Цифры действительно впечатляющие - но к моменту, когда вы будете читать эту книгу, они наверняка станут еще более впечатляющими. Китай - крупнейший в мире производитель уг­ля, стали и цемента. Здесь самый большой рынок сотовой связи. В 2005 году площадь строительства составляла 28 миллиардов квадратных футов - более чем в пять раз больше, чем в Америке. За последние пятнадцать лет экспорт в США вырос на 1600 процентов. Во время пи­ка индустриальной революции Британию называли «мастерской ми­ра». Сегодня этот титул принадлежит Китаю. Он производит две тре­ти всех выпускаемых в мире фотокопировальных устройств, микро­волновых печей, DVD-плееров и ботинок.

Чтобы понять, до какой степени Китай доминирует на рынке дешевых товаров, взгляните на ассортимент Wal-Mart. Это одна из крупнейших мировых корпораций. Ее доход в восемь раз выше, чем доход Microsoft, и она дает 2 процента американского ВВП. В ней работают 1,4 миллиона человек - это больше чем в General Motors, Ford, General Electric и IBM вместе взятых. Магазины этой се­ти стали легендарными благодаря эффективной (некоторые ска­жут: безжалостной) политике максимального снижения цены для своих клиентов. Чтобы добиться этого, здесь искусно используют новые технологии, инновации в области менеджмента и, возмож­но, самое главное - здесь привлекают самых недорогих товаропро­изводителей. Каждый год Wal-Mart импортирует из Китая товаров на сумму около 18 миллиардов долларов. Китай - самый крупный из иностранных поставщиков Wal-Mart, и справедливо было бы ска­зать, что система поставщиков корпорации - это китайская систе­ма поставщиков.

Китай также проводит очевидно открытую торговую и инвести­ционную политику. Именно по этой причине, помимо прочих, Ки­тай - это не новая Япония. Пекин не пошел по японскому (или южнокорейскому) пути развития, в основе которого лежала политика экспорта, но при этом внутренние рынки и само общество остава­лись закрытыми. Китай, напротив, открыл себя миру. (Отчасти он был вынужден это сделать, потому что у него не было внутренних сбережений, таких, как у Японии или Южной Кореи.) Сегодня соот­ношение товарооборота и ВВП составляет в Китае 70 процентов, что делает его экономику одной из самых открытых экономик мира. За последние пятнадцать лет импорт из США вырос в семь раз. Procter&Gambleзарабатывает сегодня в Китае 2,5 миллиарда долла­ров в год, и среди местных потребителей весьма популярны такие хорошо знакомые нам товары, как шампуни Head &Shouldersи подгуз­ники Pampers. Starbucks считает, что к 2010 году его кофеен в Китае бу­дет больше, чем в Соединенных Штатах. Китай открыт также и для международных брендов, будь то товары или люди. Большинство сверкающих небоскребов и грандиозных сооружений, которые оп­ределяют облик нового Китая, построили иностранные архитекто­ры. А выбирая режиссера для своего дебюта на международной сце­не - для праздника открытия Олимпийских игр, - Пекин остановил свой выбор на американце Стивене Спилберге. Япония или Индия никогда бы не доверили иностранцу эту роль.

Китай также - крупнейший в мире держатель денег. Его валют­ный резерв составляет 1,5 триллиона долларов, это на 50 процентов больше, чем у следующей по списку Японии, и в три раза больше, чем у всего Евросоюза. Трудно сказать, насколько это мудрая политика -держать при себе такие огромные валютные резервы - но это несом­ненный показатель прочности Китая перед лицом любого потрясе­ния или кризиса. Одним словом, именно сочетание всех этих факто­ров и делает Китай столь уникальным. Это крупнейшая в мире стра­на, самая быстрорастущая из крупных экономик, крупнейший производитель, второй по величине потребитель, крупнейшая копилка и (почти наверняка) второй по величине транжира на военные нуж­ды*. Но Китай не сможет заменить Соединенные Штаты в роли супердержавы. И ему вряд ли удастся в ближайшие десятилетия обойти США по любому из показателей - военному, политическому или эко­номическому, не говоря уж о доминировании во всех областях. Но шаг за шагом он становится второй по значимости страной в мире, что добавляет совершенно новый элемент в международную систему.

* Официальный военный бюджет Китая - третий в мире, после Соединен­ных Штатов и Великобритании. Но большинство аналитиков приходят к выводу, что многие затраты просто не включаются в официальный бюд­жет, и если подсчитать все, то военные затраты Китая - вторые по вели­чине после Соединенных Штатов (правда, разрыв между ними довольно значительный).

<< | >>
Источник: Фарид Закария. Постамериканский мир. 2009

Еще по теме СОПЕРНИК:

  1. Анализ конкурентов: изучение соперников
  2. 25.1. Цели избирательной кампании
  3. Формирование партийной системы Казахстана. Президентские и парламентские выборы 1999 г
  4. Ключевые факторы успеха как основа конкуренции
  5. АНАЛИЗ КОНКУРЕНТОВ
  6. 8 Бжезинский
  7. Конкурентная борьба в избирательном процессе
  8. Политическая борьба в Грузии в середине1990-х – начале 2000-х гг
  9. Приход к власти А.Лукашенко
  10. Література
  11. От анализа к стратегии
  12. 69 ПОЛИТИЧЕСКАЯ КАМПАНИЯ
  13. 22.5. Неэтичные формы PR
  14. Защитники и противники империи
  15. Пошаговая этапизация конфликта
  16. Структура и основные формы политических конфликтов
  17. Современная политическая ситуация в Армении
  18. Э.Рахмонов (Рахмон) и его политика