<<
>>

ТЕОРЕТИКО-ПРИКЛАДНЫЕ АСПЕКТЫ РЕГИОНАЛЬНОГО ИЗМЕРЕНИЯ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ

А.Д. Воскресенский

Во всем разнообразии теоретических макроподходов к исследованиям международных отношений один из самых продуктивных при анализе их регионального измерения - системный, ибо он отличается комплексностью, т.е.

включает в себя многое из того, что по отдельности реализуется в иных методиках. Кроме того, этот подход позволяет решать, наряду с теоретическими, вполне практические задачи , а среди них вычленять ключевые макрорегионы мира и уже на данном уровне анализировать, как изменяются общие закономерности применительно к более крупным, чем страны, географическим (и не только) образованиям. Данный уровень аналитики одновременно позволяет более адекватно подойти к проблеме страновой специфики, так как ставит ее в контекст региональных (а значит, модифицированных соответственно группе объектов, связанных определенными основаниями одного порядка) закономерностей.

Вопросы региональных и субрегиональных подсистем, обусловленные новейшими трендами современных международных отношений - глобализацией, регионализацией и фрагментацией, равно как и сами понятия региона и конкретного регионального членения мира, являются дискуссионными. Когда мир анализировали в категориях биполярного взаимодействия или двух центров и двух типов периферий, наличие региональных и субрегиональных подсистем не вызывало сомнений и больших споров, поскольку было подчинено логике глобальной проблематики. После распада биполярной структуры отношений ситуация усложнилась и возникли вопросы, на которые пока нет однозначного либо вполне конкретного ответа. Среди них, например, такие. Если биполярная система исчезла, что же пришло ей на смену? Раз мы еще не способны определенно сказать, что именно заместило эту систему, то корректно ли подобное утверждение: мир распался на относительно компактные территориально-экономические регионы и субрегионы, следовательно, нет и не будет общих закономерностей функционирования международной системы, а есть только сочетание мегарегионального и субрегионального уровней взаимодействия?

Каковы могут быть критерии членения мира в условиях переживаемого нами переходного периода? Возникают в данной связи и более конкретные вопросы: является ли Южная Азия регионом (т.е.

составляет ли она региональную подсистему) или же это субрегион (и соответствующая субрегиональная подсистема)? Каково взаимоотношение между Азиатско-Тихоокеанским регионом (АТР) и Восточной, Южной, Северо-Восточной и Юго-Восточной Азией (каждая - отдельно) не в географическом смысле, а в плане образования региональных и субрегиональных подсистем международных отношений? Как соотносятся региональные подсистемы и цивилизационные миры? Какова корреляция между глобализацией и регионализацией, и не отражает ли последний процесс то обстоятельство, что планетарная международная система распалась на (суб)региональные подсистемы, каждая из которых является фактически независимой системой? Или же все-таки она развивается лишь как подсистема, т.е. «просто» существуют модификации неких общих закономерностей, связанные с политико-географической, историко-экономической и культурно-цивилизационной спецификами? На большинство подобных вопросов пока нет однозначного ответа. Ясно, однако, что системный подход (в сочетании с другими) дает исследователю богатый теоретический и методологический инструментарий для поиска адекватного ответа на многие из вышеназванных проблем.

Главные свойства любой системы: 1) ее взаимосвязь со средой (внешняя характеристика), устанавливающая ее внутренние основные черты; 2) целостность, т.е. внутреннее единство, принципиальная невозможность свести качества системы к сумме атрибутов составляющих ее элементов; 3) гомеостаз, или соблюдение некоего динамического равновесия, гарантирующего поддержание параметров в определенном диапазоне; 4) информативность, т.е. методы воплощения информационной сущности сигналов и способов кодировки передаваемых системой сообщений (ее семантика и семиотика). Еще одно важное свойство системы - ее безопасность, причем это понятие имеет две стороны: внешнюю, определяющую воздействие объекта на среду, и внутреннюю, характеризующую качества сопротивляемости объекта по отношению к влияниям среды. Итак, внешняя безопасность - способность системы взаимодействовать со средой таким образом, чтобы не происходили необратимые изменения или нарушения важнейших параметров, обусловливающих допустимое состояние среды.

Внутренняя безопасность - характеристика целостности системы, т.е. ее способность поддерживать свое нормальное функционирование в условиях внешних и внутренних воздействий. Из этого следует, что цель безопасности - выявление угрозы распада системы для своевременного принятия мер по недопущению такого процесса.

Системный подход становится достоянием науки о международных отношениях (МО) с середины 1950-х гг. Правда, многие из положений теории МО, которые ныне относят к системному подходу, были разработаны раньше. Однако особенно широкое распространение системные идеи получили после появления трудов классиков социологии и политологии Т. Парсонса и Д. Истона, в которых политическая система рассматривалась в виде определенной совокупности отношений, находящейся в непрерывном взаимодействии со своей внешней средой через механизмы «входов» и «выходов» (в соответствии с базовыми идеями кибернетики). Одновременно исследователи распознали, что международные отношения специфичны - прежде всего по своему характеру они являются социальными отношениями, а значит, международные системы и подсистемы относятся к типу социальных и должны рассматриваться как сложные адаптирующиеся системы, анализ которых невозможен по аналогии с изучением механических системных моделей. Эти системы, как правило, принадлежат к типу открытых и слабоорганизованных, т.е. в них трудно провести четкую границу и, соответственно, подвергнуть анализу систему в отрыве от среды, и наоборот. Пространственные рубежи таких систем весьма условны. Подсистемы Европы либо аТр, отличаясь характером своих отношений со средой, не только существуют в реальности, но и имеют некие пространственные пределы, хотя часто последние довольно-таки относительны. Это в той или иной степени верно для всех региональных международных (под)систем. Они представляют собой не просто какие-нибудь аналитические объекты, а конкретные связи между реально существующими социальными общностями, взаимодействие которых имеет определенные черты системной организации. Еще одна особенность международной системы отношений и составляющих ее подсистем связана с тем, что ее основные элементы - социальные общности (включая отдельных индивидов), т.е. они являются социальными системами особого типа со слабой степенью интеграции элементов в целостность, а значит, с их существенной автономией. Третья особенность обусловлена тем, что международные отношения - по преимуществу политические с главным звеном в виде межгосударственных связей.

Налицо разные конкретные подходы к международным отношениям как системе (в этом смысле мы говорили ранее, что системный подход «вбирает» в себя основное содержание того, что по-разному может быть истолковано в иных подходах), из которых наиболее известны: 1) традиционно-исторический (международная система - это дипломатические отношения государств в какой-то исторический период); 2) историко-социологический (с идеей социальной детерминированности конкретной исторической системы МО); 3) структурный (выделяются исторические системы МО, опирающиеся на различия в их структуре); 4) эмпирико-региональный либо, иначе, социоестественный - конкретные географические регионы как (под)системы в рамках международных, экономических, политических и пр. отношений; 5) структурно-дипломатический (система - это предположения, понимание, усвоенные навыки, виды реакции, правила, нормы и процедуры, приобретаемые и используемые акторами при осуществлении их различных индивидуальных целей в рамках совместной практической деятельности); 6) реалистический - различные модели баланса сил (мощи) всей международной системы без политических подсистем, с двумя-пятью участниками, а также правилами, по которым они играют.

Единое или самое важное во всех этих подходах - выделение общей (планетарной) системы международных отношений, т.е. некоей самодостаточной системной целостности, позволяющей описывать и анализировать международные отношения в целом. В 1990-е гг. ряд теоретиков в полный голос заговорил о настоятельной необходимости разграничить универсальные и частные проблемы систем МО. Это было связано с нарастанием тенденции к глобализации, с одной стороны, а также регионализацией и региональной фрагментацией - с другой. Теоретики МО настаивали на том, что некие международные взаимодействия обладают определенной автономией. Они обратили внимание на существование частных закономерностей, обусловленных спецификой (прежде всего географической, территориально-экономический, цивилизационной, культурной, этнопсихологической) функционирования компонентов системы, т.е. подсистем. Эти более узкие (частные) закономерности описывают активность региональных и субрегиональных подсистем, т.е. совокупности своеобразных международных взаимодействий, в основе которых содержатся общие географическая и культурно­цивилизационная принадлежности.

Предлагаемое в настоящем учебнике условное членение мира на региональные подсистемы и регионы исходит из определения международно­-политического региона. Это привязанная к территориально-экономическому и национально-культурному комплексу (основывающемуся на однородности географических, природных, экономических, социально-исторических, национально­-культурных условий, мотивирующих его выделение) региональная совокупность явлений международной жизни, объединенных общей структурой и логикой таким способом, что эта последняя и историко-географические координаты ее существования взаимообусловлены.

Если исходить главным образом из географических параметров, то можно выделять: географические макрорегионы - Азию, Африку, Америку, Европу, Австралию и Океанию; мезорегионы (т.е. средние) - Центральную, Северную, Южную Америку, Европу, Австралию и Океанию, Северо-Восточную, Юго­-Восточную, Южную, Западную и Центральную Азию, Северную (арабскую) Африку и Африку южнее Сахары, а также (суб)регионы с подразделением: Америки на Центральную, Северную и Южную, Европы - на Северную, Восточную, Западную, Центральную и Южную, а Западной, точнее, Юго-Западной, Азии - на Ближний и Средний Восток. Однако последнее понятие шире, чем Юго-Западная Азия, так как в него включают не только ее 16 государств, но и Египет с Суданом.

По историко-культурным параметрам тоже вычленяются соответствующие регионы: китайский, корейский, вьетнамский (Вьетнам, Лаос, Камбоджа), индийский (Индия, Непал, Бутан, Шри-Ланка), индо-иранский (Пакистан, Афганистан, Иран, Таджикистан), тюркский, арабский, российский (Россия, Украина, Белоруссия или, в иной интерпретации, 12 стран СНГ), европейский (из 13 государств). Североамериканский, латиноамериканский, африканский регионы объединяются в региональные общности по таким параметрам, как геополитическая традиция (принадлежность к единому государственному образованию), современная тенденция к интеграции (межгосударственному взаимодействию), этнолингвистическое, этнокультурное либо этнопсихологическое единство. К культурно-религиозным макрорегионам обычно относят: конфуцианско-буддийский, индуистский, мусульманский, православный, западно-христианский, латиноамериканский, африканский, тихоокеанский.

Ясно, что отдельные страны могут входить - по различным критериям - не в один, а в два или даже три региональных кластера. Кроме того, нередко выделяются и другие культурно-географические агломерации государств, которые могут строиться по принципу экономической кооперации и совместной системы безопасности, и/или «скрепляться» историческими конфликтами, спорными проблемами, традиционной враждой, т.е. возможно и правомерно деление мира на геоэкономические и геополитические регионы. К тому же некоторые «исторические» регионы в последнее время приобретают довольно четко выраженные «геоэкономические» черты. Допустимо и иное членение мира на регионы и субрегионы.

Иногда исследователи делят Азию на Южную, Юго-Восточную и Восточную (исключая из нее Океанию и Австралию), Ближний и Средний Восток и государства Центральной Азии. При этом ряд исследователей считает, что Афганистан принадлежит скорее региону Ближнего и Среднего Востока, чем Южной Азии, в которую объединяют семь государств Южноазиатской ассоциации регионального сотрудничества (South Asian Association for Regional Cooperation - SAARC). В соответствии с той же логикой сочетания исторических и геоэкономических параметров десять стран Юго-Восточной Азии (Бруней, Камбоджа, Индонезия, Лаос, Малайзия, Мьянма, т.е. бывшая Бирма, Филиппины, Сингапур, Таиланд и Вьетнам) образуют ассоциацию ее государств (АСЕАН). Согласно всем этим рассуждениям, сегодня с некоей степенью определенности можно говорить о панамериканской (межамериканской), европейской, африканской, азиатской региональных подсистемах международных отношений и сообразных этим подсистемам международно-политических регионах, а также о некоторых более или менее четко очерченных субрегиональных подсистемах - западноевропейской (как части европейской), североамериканской и южноамериканской (латиноамериканской) как частях панамериканской (межамериканской) структуры. Выделяются также Ближний Восток, Средний Восток, Восточная Азия, Южная Азия, Северо-Восточная и Юго­Восточная Азия и Азиатско-Тихоокеанский регион как части азиатской (под)системы международных отношений, в которых Ближний и Средний Восток, АТР, Южная Азия группируются в субрегиональные подсистемы. Эти принципы членения и послужили основой выделения самых важных международно-политических регионов в настоящем учебнике и более подробного рассмотрения закономерностей их существования и функционирования с сопутствующей конкретной проблематикой.

<< | >>
Источник: Торкунов А.В. (ред.). Современные международные отношения и Мировая политика. 2004

Еще по теме ТЕОРЕТИКО-ПРИКЛАДНЫЕ АСПЕКТЫ РЕГИОНАЛЬНОГО ИЗМЕРЕНИЯ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ:

  1. Глава 1. РЕГИОНАЛЬНЫЕ ПОЛИТИЧЕСКИЕ ПРОЦЕССЫ: ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ
  2. РЕГИОНАЛЬНЫЕ ИЗМЕРЕНИЯ СОВРЕМЕННЫХ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ
  3. ВОСТОЧНАЯ АЗИЯ И АТР: РЕГИОНАЛЬНОЕ ИЗМЕРЕНИЕ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ
  4. ЧАСТЬ ВТОРАЯ. РЕГИОНАЛЬНЫЕ АСПЕКТЫ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ
  5. 2.3. Прикладные методы в исследовании международных отношений и мировой политики
  6. Глава 1. Теоретико-методологические аспекты геополитических знаний.
  7. 14. 3. Прикладные аспекты политической коммуникации
  8. ПРАВОВОЕ ИЗМЕРЕНИЕ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ
  9. ЕВРОПЕЙСКОЕ ИЗМЕРЕНИЕ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ
  10. 42. Биполярность и мультиполярность системы международных отношений в аспекте поддержания международной безопасности и стабильности.
  11. МЕЖДУНАРОДНАЯ МОРАЛЬ И ЭТИЧЕСКОЕ ИЗМЕРЕНИЕ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ
  12. Этическое измерение международных отношений
  13. Этическое измерение международных отношений