<<
>>

Каковы подходы современной западной науки к анализу моделей бюрократии и государственной службы?

В политической сфере одним из объектов критики со стороны постмодернистов служат институты представительной демократии и принцип представительства как таковой. Утверждая, что демократические институты в действительности не представляют интересов многих социальных групп, сторонники этого направления расходятся лишь в том, следует ли окончательно их упразднить или же демократия должна быть только предельно расширена, чтобы интересы меньшинств были представлены адекватно.

Однако есть все основания полагать, что в современном обществе парламентская демократия по-прежнему является единственным политическим режимом, способным в определенной степени сдерживать тенденцию к дальнейшей бюрократизации политической жизни. К тому же, несмотря на растущие масштабы исследований в области бюрократического управления, пока никому не удалось кодифицировать искусство и опыт в области управления, накопленный человечеством. Необходимо, как считает ряд ученых, сосредоточиться на изучении «природы» бюрократии, а не на исследовании результатов применения некоторых методов бюрократического управления.

Симптомы кризиса современного западного государства окончательно развеяли веберовский миф о нейтральности государственной службы. Государственные институты уже не могут обеспечить свою легитимностъ и эффективное функционирование, не вступая в контакт с движениями по реализации интересов. Более того, они сами начали мобилизовывать интересы и транслировать требования законодательству и другим выборным институтам.

Другими словами, границы дихотомии «политик — чиновник», между ролями политика и государственного служащего в реальности размыты. Они оба участвуют и в принятии решений и в управлении. Началом, заложившим основу соответствующей трактовки понимания бюрократии в современной политической социологии, стал груд американского социолога А. Даунса «Бюрократия изнутри».

Хотя его книга вышла в середине 60-х гг., многие выводы остаются актуальными и в настоящее время.

Модель бюрократии, по А. Даунсу, группируется вокруг четырех моментов:

1) чего хотят бюрократы;

2) как функционируют правительственные ведомства;

3) какова внешняя среда функционирования ведомств;

4) каковы общие стратегии, которым следуют рациональные чиновники.

Бюрократы — прежде всего чиновники, которые постоянно работают к крупных организациях в условиях, когда их личный вклад в эффективность организации прямо не ощущается и не измеряется. Бюрократы, по мнению А. Даунса, в своих ролях — общественной и частной — одинаково рациональны в плане максимизации пользы, они оптимизируют затраты и прибыль.

Мотивы их действий, по А. Даунсу, делятся на пять видов, связанных с личными интересами, и четыре потенциально альтруистических. К первым относятся: 1) власть в ведомстве или вне его; 2) денежный доход; 3) престиж; 4) комфорт (или минимизация личных усилий); 5) безопасность, определяемая как минимум вероятности утратить власть, деньги, престиж или комфорт.

К более широкой мотивации относятся: 1) личная лояльность, т. е. верность своему непосредственному коллективу, ведомству, правительству или нации; 2) самоотождествление с проводимыми программами, акциями;

3) гордость за умение, мастерство, связанные с результатами управленческого труда; 4) жажда служения общим интересам (это то, что чиновник считает нужным делать ему или ведомству для выполнения их общественной функции).

Во всех сферах, административной деятельности инструментальные мотивации отрицательно влияют на поведение бюрократии и проявляются в предвзятости. Во-первых, чиновники таким образом искажают информацию, предназначенную для вышестоящих инстанций, чтобы представить свою деятельность в наилучшем для себя свете; во-вторых, чиновники очень осторожно подходят к ответственным решениям, оценивая их с позиций, максимально соответствующих их личным интересам, и не акцентируя моменты, противоречащие этим интересам; в-третьих, если чиновник должен сделать выбор между той или иной политикой, он всегда выберет ту, конечный результат которой будет служить его интересам.

Наконец, личные интересы чиновников оказывают сильное влияние на их стремление к поиску новых политических решений.

Комбинируя мотивации, А. Даунс выделяет пять типов личности чиновника, Два из которых сосредоточены на эгоистических (в узком смысле слова) мотивациях., а остальные сочетают личный интерес и альтруистические соображения.

1. Карьерист: чиновники этого типа стремятся максимально увеличить собственную власть, доход и престиж. Стремясь возобладать над старшими по рангу, они проводят радикальные перемены, укрепляющие их единоличную власть.

2. Активист: категория яиц, жаждущих влиться в более высокий уровень элиты.

3. Консерватор: тип чиновников, желающих сохранения ситуации. Они столь же эгоистичны, как и предыдущие типы, но предпочитают спокойную жизнь и безопасное, не осложненное риском будущее. Они максимизируют комфорт и спокойствие, а вот желание увеличить власть, доход и престиж для них второстепенно.

4. Фанатик: это смешанный тип чиновников, неукоснительно реализующих специфические программы, в которых они заинтересованы. Подобно карьеристам, фанатики с удовольствием используют все возможности радикальных перемен, которые усиливают ответственность и ресурсы ведомства ради следования «высокой» политике, но они не заинтересованы в том, чтобы эти расширенные функции или нормы стали внутренними, если таковые не авансируют программы, с которыми фанатики отождествляют себя.

5. Ходатай (адвокат): этот тип чиновников стремится к максимальной власти своего ведомства по общим и идеалистическим соображениям — исполнение своей миссии, долга перед населением. Чиновники этого типа идентифицируют личное благополучие с организацией или лояльностью к клиентам. Это идеал чиновника-альтруиста, государственного мужа, проповедующего широкие взгляды на общественное благосостояние.

Наряду с А. Даунсом, одним из наиболее известных и значительных исследователей бюрократии является современный американский экономист У. Нисканен, который изучает феномен бюрократии с экономических позиций.

У. Нисканен разработал теорию бюрократического поведения, центральными положениями которой является стремление бюрократии к самоукрупнению, а в отношениях с правительством — к максимизации собственного бюджета. Эти два положения служат фундаментальными определениями бюрократического поведения.

Первое, что следует из модели У. Нисканена, касается природы равновесия отношений (интеракции) между спонсором и ведомством в бюджетном процессе и характеризуется двусторонней монополией: 1) монополия ведомства обусловлена его информационным преимуществом, по сравнению со спонсором; 2) монополия спонсора заключается в том, что в его руках сосредоточен основной ресурс функционирования ведомства — финансы.

Отождествив спонсора с правительством, нетрудно показать, что бюрократическое поведение порождает неэффективное распределение ресурсов общества. На вопрос о том, как исправить положение, У. Нисканен отвечает множеством предлагаемых им реформ ведомственной структуры, каждая из которых в конечном счете сводится к ликвидации информационного преимущества ведомства перед спонсором.

В сущности, идеи У. Нисканена и его последователей просты; они стремятся доказать, что ведущей линией поведения бюрократа является стремление к максимизации бюджета его организации или подразделения, поскольку это: а) обеспечивает больше работы для чиновников, улучшает перспективы служебной карьеры; б) увеличивает спрос на услуги бюрократов, а также создает благоприятную «карьерную ситуацию»; в) повышает престиж бюрократов и их возможности оказывать покровительство; г) дает больше возможностей для предоставления фондов «своим людям», а также для использования их в частных целях.

Относительное оттеснение бюрократии и одновременный выход на первый план рыночных механизмов в координации рабсилы ведомств повысит, как считает У. Нисканен, общественную эффективность их деятельности.

Бюрократия распространяет власть на своих клиентов и на политическую сферу. Последнее возможно потому, что реализация политических целей предполагает перевод их на язык управленческих решений, которым владеет только бюрократия, поскольку нужные для этого знания и техника — монополия бюрократии.

Американский социолог Б. Петерс интерпретирует проведение общественной политики как интеракцию между политиками и чиновниками и выстраивает пять различных моделей их взаимодействия.

Первая — формальная юридическая модель, в которой роль государственного чиновника сводится к веберовской модели беспрекословного послушания указаниям политика.

Вторая модель предполагает, что чиновники и политики высокого ранга имеют одинаковые интересы и цели, главнейшие из которых — поддержание правления и бесперебойность функций исполнительных ветвей.

Третья, функциональная модель во многих отношениях повторяет вторую модель, но с одним отличием: функциональная модель обусловливает интеграцию политической и административной элиты не на всех уровнях правления, а только в русле функциональности.

Четвертая модель — почти во всем отрицание второй, это наиболее отчетливо артикулируемая модель враждебности, в которой предполагается, что политики и бюрократы конкурируют между собой за власть и контроль над политикой. Этот конфликт может облекаться в самые разнообразные формы. К примеру — организация или отдельные чиновники не выступают открытыми оппонентами политических реформ, но инерция и старые привычки делают свое дело, затрудняя любые преобразования.

Пятая модель — модель, отражающая известное положение о том, что над принятием политических решений довлеет бюрократия. Основа власти бюрократии состоит в том, что, учреждая ведомство законодательным путем и вменяя ему в задачу распределение дотаций из государственных средств, политики-законодатели наделяют бюрократию эффективными ресурсами, позволяющими ей влиять на решение избирателей, другие организации и на собственных клиентов.

Неотъемлемыми компонентами этих ресурсов является: профессионализм ведомства, экономические и социальные блага, распределяемые им, его сложная структура и автономный контроль за собственными административными процедурами. Этими ресурсами ведомство пользуется в интересах защиты и расширения своих полномочий.

Концепция о «бюрократическом типе личности» была сформулирована американским социологом В. Томсоном. По его мнению, рост специализаций привел к тому, что для государственной службы стали характерны установленные служебные обязанности, определенные сферы полномочий, за рамки которых нельзя выходить, монотонная практика, соответствующая заведенному порядку, — рутина и шаблон в работе.

В. Томсон, отдав должное веберовской модели бюрократии за то, что она олицетворяет собой переход от дилетантизма к профессионализму, поднимает вопрос о том, почему от бюрократии как корпуса чиновничества отдача так мала. Причина «бюрократической болезни» заключается в чувстве личной уязвимости и неуверенности в себе, А ведомства, в которых работают чиновники, виноваты в той мере, в какой способствуют созданию атмосферы, где люди чувствуют себя неуверенно.

По мнению В. Томсона, болезнь бюрократизма есть извращение того типа бюрократии, который описан М. Вебером. Согласно В. Томсону, заболевание бюрократизмом связано с использованием, «присвоением» основных аспектов бюрократической организации в качестве средства для удовлетворения личных нужд. В значительной степени это происходит из-за потребности человека справиться с неуверенностью в себе. По мнению В. Томсона, личная уязвимость, в свою очередь, стимулирует усиленные попытки руководителей осуществлять контроль, причем контроль понимается как требование того, чтобы поведение подчиненных как можно точнее соответствовало заранее установленным нормам и заведенному порядку.

В. Томсон утверждает также, что для государственных чиновников высшего ранга характерна всеобщая неуверенность в себе. Вопрос о том, как это преодолеть, специалисты решают по-разному. По мнению В. Томсона, чем выше человек поднимается вверх по служебной лестнице, чем более высокий пост он занимает в иерархической пирамиде, тем больше увеличивается дистанция между исполнением работы и ответственностью за нее.

В верхних эшелонах шире цели, больше ответственность, значимей задачи, а контроль за исполнением обязанностей — менее тщательный, соответственно, труднее узнать, «хорошо ли справляется» с работой человек. Эффективность деятельности государственного служащего по мере продвижения вверх по руководящим уровням становится все более субъективной категорией.

Неуверенность в себе государственных чиновников, занимающих высшие руководящие посты, усугубляется все большим применением техники в работе бюрократического аппарата и возрастающим значением специалистов-техников в руководстве исполнением и в контроле за качеством исполнения работы. Высшие руководители (по определению) — не технические специалисты (т. е. по самой природе, характеру своей работы), тем не менее они обязаны отвечать за работу и за такие задания, которые они сами не только не выполняют, но порой не вполне понимают. Неуверенность в себе усиливает у человека (а не у организации) потребность в том, что можно обобщенно назвать контролем.

Строгий контроль сверху заставляет служащих действовать строго «по букве указаний сверху», избегая новшеств и возможности допустить ошибку, которая запятнает их репутацию и личное дело. Тем самым поощряется принятие таких решений, которые опираются на прецедент и нежелание выступать с инициативой или идти на риск. Все это поощряет государственных служащих ждать указаний и делать только то, что им сказано. Таким образом, беспристрастность и бескорыстие превращаются в крайнее равнодушие, стандартная методика проведения административной работы превращается в негибкое соответствие количественным показателям, а определенные сферы компетенции и подведомственные области ведут к разграничению территорий и отстаиванию прав ведомства.

Если в веберовской теории «рациональной бюрократии» главное — это специализация, а специализация приводит к уравнению типа «неуверенность=контроль», то из этого следует, что веберовская бюрократия имеет врожденный порок. Аппарат чиновников, описанный М. Вебером, создает такую рабочую атмосферу, которая с большой долей вероятности вызовет у людей чувство неуверенности в себе, сомнения, обусловленные противоречием между специализацией и авторитетом.

<< | >>
Источник: Кабашов С. Ю.. Бюрократия. Теоретические концепции.. 2011

Еще по теме Каковы подходы современной западной науки к анализу моделей бюрократии и государственной службы?:

  1. Каковы подходы отечественной науки к анализу бюрократии в СССР?
  2. ПОДХОДЫ ЗАПАДНОЙ НАУКИ К ИЗУЧЕНИЮ БЮРОКРАТИИ В ПОЛИТИЧЕСКОЙ СИСТЕМЕ СССР
  3. Каков подход социологии познания П. Бурдье к проблемам бюрократии в современном обществе?
  4. ПОДХОДЫ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ НАУКИ К ИЗУЧЕНИЮ ПРИРОДЫ БЮРОКРАТИЧЕСКОЙ НОМЕНКЛАТУРЫ И ГОСУДАРСТВЕННОЙ СЛУЖБЫ В ПОЛИТИЧЕСКОЙ СИСТЕМЕ СССР И ПОСТСОВЕТСКОЙ РОССИИ
  5. Какова природа института государственной службы в постсоветской России?
  6. Каковы подходы М. Вебера к проблеме ограничения власти бюрократии в различные исторические эпохи?
  7. Как в западной науке рассматриваются проблемы бюрократии с помощью функционального подхода?
  8. РАЗВИТИЕ ТЕОРИИ БЮРОКРАТИИ В СОВРЕМЕННОЙ ЗАПАДНОЙ ПОЛИТИЧЕСКОЙ НАУКЕ
  9. Специфика анализа в государственной службе
  10. 2. Основные тенденции в развитии государственной службы в современных зарубежных государствах
  11. Государственная служба - реципиент новых технологий современного управления
  12. Ситуация: «Взаимодействие органов государственной службы занятости населения с кадровой службой предприятия»