<<
>>

ЛОКАЛЬНЫЕ СМИ И МЕСТНОЕ САМОУПРАВЛЕНИЕ В СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ: ПУТЬ К ГРАЖДАНСКОМУ ОБЩЕСТВУ?

Один из классиков политической мысли XIX века, Алексис де Токвиль, посвятил несколько глав своего труда «Демократия в Америке» периодической печати в США. В частности, он отметил, что в Соединенных Штатах «каждая отдельно взятая газета не имеет большой власти, но периодическая печать, как таковая, до сих пор является первой после народа силой» [1]. Как консервативно настроенный мыслитель, озабоченный политической ситуацией в Европе и Франции, Токвиль выступал против концентрации и централизации периодической печати: «То, что те, кто собирается произвести революцию с помощью прессы, стремятся сосредоточить ее в нескольких мощных органах печати, - это я понимаю без труда, но что официальные сторонники существующего режима и те, кто поддерживает существующие законы, полагают, что воздействие прессы можно смягчить путем ее концентрации, - вот этого я абсолютно не могу постичь» [1].

В то же время Токвиль указал на связь американских газет с местным самоуправлением, которое у него определяется как «административная власть» в рамках американской демократии [1].
По Токвилю, газета не только «способна предложить множеству людей единый план действий, она предоставляет им возможность совместного исполнения тех замыслов, к которым они приходят сами» [1]. В «Демократии в Америке» периодическая печать становится одним из важнейших индикаторов общественной активности в демократическом обществе: «Число газет не увеличивается лишь только потому, что это дело становится прибыльным, но зависит от более или менее часто ощущаемой большим количеством людей потребности общаться друг с другом и действовать сообща» [1]. Вывод Токвиля о том, что власть газет должна усиливаться по мере того, как люди становятся все более равными и опасность индивидуализма возрастает [1], сегодня отнюдь не стоит отбрасывать как устаревший - если, конечно, помнить об эволюции средств массовой информации в ХХ и ХХ1 веке.

Токвиль актуален и в современной российской ситуации: несмотря на стремительное развитие принципиально новых электронных медиа, по состоянию СМИ мы по-прежнему можем объективно судить о градусе общественной активности и качестве институтов самоуправления и гражданского общества в нашей стране. Глобализация не упраздняет локальные средства массовой информации, а, скорее, заново ставит вопрос о пространственной структуре гражданского общества в современном мире, о роли «низовых» коммуникаций в формировании институтов местного самоуправления.

Сегодня СМИ выглядят иначе, чем в эпоху Токвиля. Пресса изрядно потеснена телевидением, а в последние десять лет - Интернетом. По свидетельству исполнительного директора Всемирной ассоциации газет и издателей Кристофа Рисса, тиражи ежедневных печатных газет во всем мире снизились до 519 млн. в 2010 г. с 528 млн. в 2009 году [1]. Наибольшее снижение произошло на развитых рынках в странах Запада. Кроме того, количество изданий по всему миру сокращается за счет их консолидации [1].

В России, по данным социологических опросов фонда «Общественное мнение», газеты по-прежнему являются самыми популярными печатными СМИ [1]. Тем не менее, и в нашей стране происходит фактический упадок традиционной, по Токвилю, опоры «четвертой власти» - печатных газет. Особенно тяжелая ситуация сложилась в сфере локальных, региональных СМИ. Если говорить об Удмуртской Республике, то ее печатные СМИ также переживают не самые лучшие времена. Судя по противоречивой информации в прессе, положение на республиканском рынке СМИ отличается крайней нестабильностью и неопределенностью. Еще в январе 2009 г. сообщалось о том, что тиражи республиканских газет сократились в два, а то и в три раза, более чем на 20% сократился объем рекламы [1]. В сентябре 2009 стало известно, что в Удмуртии, одном из наиболее обеспеченных печатной периодикой регионов России, произошло снижение тиража более чем на 10% [1]. По данным газеты «Аргументы в Ижевске», опубликованным в феврале 2011 г., тиражи газет в Удмуртии испытывают серьезные колебания - при стремительном росте количества читателей у одних изданий происходит резкая потеря «веса» у других. Среди пострадавших особенно отмечаются национальные издания на удмуртском языке и республиканская газета «Удмуртская правда» [1]. Относительно периодики на удмуртском языке исследователь

А. Г. Шкляев замечает, что удмуртские издания «находятся на государственной дотации, поэтому зависимы от администраций республики, городов и районов и в избирательных компаниях выступают в качестве их дополнительного политического ресурса. В этом их спасение, но и слабость: единые установки делают их однообразными и склоняют к застою, а, в конечном счете, ведут к падению тиражей. Тираж журнала «Кенеш», еще в 70-е годы достигавший 17 тысяч, на сегодня «похудел» до 1200, «Удмурт дунне» с 24 000 снизил тираж до 12500» [1].

Бесспорно, показатель тиражности является хоть и важным, но далеко не единственным индикатором эффективности газет. Как было сказано, районные и республиканские газеты в Удмуртии находятся на дотации республиканского бюджета, что позволяет им существовать относительно безбедно, - но на условиях, диктуемых республиканской и муниципальной властью. Основная проблема, на наш взгляд, лежит в сфере качества газетных материалов. Пресса выживает в основном за счет коммерциализации: размещения рекламы и публикации «заказных» материалов организаций- спонсоров, как государственных, так и частных. Пространство социально-политической дискуссии и аналитики опустошено коммерцией, давлением со стороны государства и не в последнюю очередь самоцензурой журналистов. По сути, можно говорить о совпадении интересов государственной власти и «желтой прессы», и не только в регионах, о чем предупреждали в конце девяностых годов видные деятели эпохи перестройки Егор Яковлев и Иван Лаптев, бывшие в эпоху гласности главными редакторами влиятельнейших центральных газет («Московские новости» и «Известия»). Яковлев и Лаптев практически одновременно заявили, что в течение 90-х годов в России была утрачена свобода прессы, провозглашенная в законе о СМИ. По их мнению, СМИ перешли от позиций выражения и отстаивания общественных интересов к выражению и отстаиванию интересов корпоративных, противоречащих общественным.

Ни на федеральном, ни на региональном уровне российской прессе не удалось успешно провести «идеализирующую» работу по рациональной организации публичного политического дискурса. В результате эту работу взяло на себя государство с его тактикой «планируемой коммуникации», призванной управлять обществом через искусственную деидеологизацию политической жизни в России.

Стремление к опеке над СМИ вполне естественно для российской политической власти, оказавшейся в новых условиях. Как в центре, так и на местах российская власть озабочена созданием и поддержанием в рабочем состоянии надежных и упорядоченных каналов коммуникации с обществом и прессой как рупором общественных настроений. В какой-то степени это можно назвать попыткой наладить диалог с российским обществом, чем и объясняется возникновение в последние годы различных инициатив, определяющих контуры присутствия государства в сфере массовой информации. Это Доктрина информационной безопасности Российской Федерации, различные государственные программы, осуществляемые на разных уровнях ответственности («Электронная Россия», «Электронное правительство» и т. д.), появление объединений, призванных нормализовать взаимоотношения государства и общества (на федеральном уровне это Гражданский Союз, «Медиа-Союз» и др., на уровне Удмуртской Республики - Конгресс общественных объединений и Общественная палата УР).

Ухудшению качества многих российских газет, как федеральных, так и региональных, также способствовало некритическое заимствование многими изданиями «телевизионной модели» как якобы единственной успешной модели работы с массовой аудиторией. Ориентация на эстетику телеэкрана принуждает газеты размещать программы телевизионных каналов и попутно заниматься навязчивой рекламой телепередач, «звезд» теле- и шоубизнеса. При этом пресса теряет активный, обеспеченный и образованный сегмент аудитории, не приобретая ничего взамен и выступая фактически в роли вспомогательного средства рекламы для телевидения. Поэтому не стоит удивляться, что, по данным ВЦИОМ и его генерального директора В. Федорова, уровень доверия к большинству источников информации в течение последних лет снижается. В частности, в 2011 году меньше стало тех, кто не сомневается в правдивости центральной и региональной прессы (падение с 52 до 42%). Наиболее низок уровень доверия к ТВ, радио и печати среди населения городов-миллионников, мужчин, людей зрелого возраста, с высокими доходами и уровнем образования [1].

Конечно, не все российские СМИ превратились в таблоиды. Есть примеры эффективной работы локальных газет, ориентированных на социально-политическую дискуссию и большей частью принадлежащих к оппозиции. Так, в Ижевске обращает на себя внимание газета «День», которая, несмотря на то, что она фактически оказалась вытесненной из публичного пространства Удмуртской Республики, сумела собрать вокруг себя достаточное количество сторонников, чтобы оказывать заметное влияние на общественно-политический климат в республике. Коллектив газеты, например, в 2006 году принял активное участие в создании движения «Ижевские общаги», которое после двухлетней борьбы добилось от городских властей реализации жителями общежитий своих приватизационных прав. Как пишет газета, «борьба эта велась различными методами - акциями протеста, судебными исками, на переговорных площадках, путем обращений во все компетентные инстанции» [1].

Другой пример успешной организационной деятельности газеты «День» на местном уровне - это участие в деятельности движения «Общественная экспертиза», выступившего против возведения конгресс-холла «Калашников», здания, стилизованного под автомат Калашникова, которое планировали возвести на специально намытом острове на Ижевском пруду. В результате в феврале 2008 года строительство было заморожено. Летом 2010 года к «Общественной инициативе» присоединилось «Движение в защиту Ижевска», активно выступившее против сноса исторических зданий Индустриального техникума и Бодалёвского завода [1].

Описанные нами акции отдельно взятой локальной газеты имели успех прежде всего благодаря поддержке социальных групп на местном уровне. Гражданские инициативы «Дня» нашли отклик либо у тех, кто непосредственно был затронут социальной несправедливостью (движение «Ижевские общаги»), либо у жителей города (в основном интеллигенции), озабоченных проблемами экологии и историко-культурной памяти (движение «Общественная экспертиза»).

Ориентация активистов, связанных с газетой «День», на местное сообщество, может быть истолкована в духе «теории партизана» Карла Шмитта [1 ], вернее - через аналогию между шмиттовскими «партизанами» и гражданами Российской Федерации, признающими легальность действующего порядка, но отрицающими его легитимность. Эта весьма вольная аналогия принадлежит современному российскому политологу Петру Ореховскому. По его мнению, легитимность партизан «лежит в “местной почве”, в местных обычаях и ценностях, которые они защищают. Последнее обуславливает поддержку партизан гражданским населением, без которой их деятельность становится невозможной» [1].

Бесспорно, данная аналогия весьма спорна. Размышления Карла Шмитта касались преимущественно военной истории и военного дела, и сам он предостерегал от метафорического расширения термина и превращения любого индивидуалиста или нонконформиста, даже если он и не собирается брать в руки оружие, в партизана. Шмитт выделил четыре главных критерия для описания явления партизана: это нерегулярность, повышенная мобильность, интенсивность политической ангажированности и «теллурический» характер (то есть, связь с «почвой», с конкретной географической местностью, откуда происходит партизан). «Локальное» у Шмитта выступает в большей степени как начало доиндустриальное, аграрное, «автохтонное», так что современные глобализированные «городские партизаны» не входят в горизонт его рассмотрения.

В то же время, «партизанская» метафора, использованная Ореховским, продуктивна в том смысле, что само слово «партизан» происходит от слова партия и указывает на связь с каким-то образом борющейся, воюющей или политически действующей партией или группой [1]. Партизанская борьба близка к партийной не в последнюю очередь за счет большой роли публицистики и партийной прессы в обоих случаях: как партизан, так и «партиец» координируют свою деятельность и вербуют сторонников посредством печатных материалов (газет, брошюр, листовок, сегодня - сообщений в Интернете). Кроме того, уже Шмитт с определенностью указывал на оборонительный характер партизанских действий. Очевидно, что гражданские объединения в современной России, выдвигающие требования демократизации общественной жизни, также по своему существу оборонительны и локальны. В этом отношении они в условиях города продолжают тенденцию, названную Шмиттом «теллурической».

В данном контексте деятельность газеты «День», объединяющей сторонников с помощью активной социальнополитической публицистики, может быть признана «партизанской» и «партийной». В то же время, обе характеристики требуют оговорок, поскольку не учитывают изменившиеся технологии коммуникации и коллективной мобилизации.

Прежде всего, традиционные печатные способы партийной идеологизации сегодня фактически не действуют из-за отмеченной выше общей коррупции и деградации газет. Печатная пресса сегодня в целом едва ли способна стать катализатором активных протестных действий, так как не обладает, как уже указывалось, достаточным авторитетом среди населения. Поэтому газета «День» сегодня уже превратилась в информационное агентство, активно работающее в сетевой информационной среде и стремящееся к независимости от каких-либо партийных обязательств.

С точки зрения структуры сообщений информационное агентство также отличается от партийной прессы: представленная информация носит рассеянный, мозаичный характер, когда «ядро» - критическая газетная публицистика - обрамляется или «разбавляется» материалами иного рода - рекламнокоммерческими, бытовыми, развлекательными, а также форумом и блогами. При этом подобное расположение информации отнюдь не ослабляет политическую ангажированность активистов, группирующихся вокруг агентства.

Сегодня гражданская инициатива принадлежит Интернету как более свободному, мобильному и интерактивному средству массовой информации. Интернет взял на себя роль сетевого прототипа демократических структур самоуправления по модели партийных клубов, публичных библиотек и кофеен в эпоху Просвещения. Но, в отличие от Просвещения, подобного рода «клубы по политическим интересам» сегодня по своему характеру являются «постпартийными».

Интернет также существенно корректирует организационные формы социально-политической деятельности. Она становится более рассеянной, свободной от партийной иерархии и питается авторитетом локальных блоггеров, которые порой могут напоминать партизанских вожаков былых времен. Иными словами, с появлением Интернета можно констатировать некоторое возвращение к старой партизанской тактике опоры на местные человеческие и идеологические ресурсы параллельно с ослаблением партийных, аппаратных механизмов мобилизации. Сегодня в России яркие политические личности вырастают не из идеологически гомогенной партийной среды, а из крайне разнородной и нестабильной сферы, в которой сталкиваются интересы государства, корпораций, местных сообществ и частных лиц. Политическую функцию координации этих интересов и, соответственно, бремя политического лидерства все чаще берут на себя сетевые посредники - блоггеры. Гражданское движение сегодня складывается из «регулярных» партийных активистов и «нерегулярных» партизан, причем центр активности достаточно заметно смещается в сторону последних. Подобное же соотношение присуще и печатным органам соответствующих движений: инициатива - на стороне внепартийных, смешанных, сетевых информационных структур.

В завершение вернемся еще раз к Алексису де Токвилю. Конфликты вокруг местного самоуправления в условиях нестабильного гражданского общества в России заставляют еще раз вспомнить об описанной им на примере США и североамериканских газет важнейшей проблеме демократического общества. Эта проблема заключается в столкновении противоположных принципов равенства и социальной динамики. Газета (как и СМИ в целом) призвана уравновешивать эти два импульса. Общественно-политическая ситуация в современной России, на наш взгляд, еще раз подтверждает правоту французского автора.

Список литературы

1. Соловьев, А. И. Политическая идеология в российском транзите: возможности и пределы влияния / А.И.Соловьев // Власть. -2001.- № 8.- С. 8-15.

<< | >>
Источник: О. В. Шиняева, И. Г. Гоношилина. Гражданское общество в России: состояние, тенденции, перспективы. 2012

Еще по теме ЛОКАЛЬНЫЕ СМИ И МЕСТНОЕ САМОУПРАВЛЕНИЕ В СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ: ПУТЬ К ГРАЖДАНСКОМУ ОБЩЕСТВУ?:

  1. Раздел 1. Роль государственного и местного самоуправления в развитии гражданского общества
  2. Формирование местного самоуправления в современной России
  3. МОДЕЛИ ГРАЖДАНСКОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ В УСЛОВИЯХ МЕСТНОГО САМОУПРАВЛЕНИЯ
  4. ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ОРГАНОВ МЕСТНОГО САМОУПРАВЛЕНИЯ КАК ФАКТОР ПОВЫШЕНИЯ ГРАЖДАНСКОЙ АКТИВНОСТИ НАСЕЛЕНИЯ
  5. 13.5. Перспективы становления гражданского общества в современной России
  6. 13.4. Условия становления гражданского общества в современной России
  7. Лекция 13. Перспективы становления и развития гражданского общества в современной России
  8. МОЛОДЁЖНЫЙ ПАРЛАМЕНТАРИЗМ В КОНТЕКСТЕ РАЗВИТИЯ ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА В СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ
  9. ВЛИЯНИЕ ГЕНДЕРНЫХ ОТНОШЕНИЙ НА ФОРМИРОВАНИЕ ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА В СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ
  10. Вопросы местного значения и полномочия органов местного самоуправления
  11. 3. Гражданское общество в России
  12. 53 МЕХАНИЗМ СТАНОВЛЕНИЯ ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА В РОССИИ
  13. Органы местного самоуправления.
  14. 12.3. Местное самоуправление
  15. Перспективы гражданского общества в России
  16. Формирование современной концепции гражданского общества