<<
>>

ОПЫТ АНТИЧНОСТИ ДЛЯ РАЗВИТИЯ ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА В РОССИИ

Как известно гражданское общество возникло как противовес государству, поэтому его нельзя рассматривать в отрыве от последнего. Ныне в России гражданское общество только начинает формироваться и его влияние на государство весьма незначительное. Существуют довольно туманные представления о том, что необходимо предпринимать для развития российского гражданского общества в данный момент. Мировой политический опыт в этом смысле подскажет, как этот туман рассеять. Обратимся к античным временам в истории Европы, когда закладывались основы политического устройства молодых государств Древней Греции и Древнего Рима.

Совсем недавно в России состоялись выборы в Государственную Думу и президента Российской Федерации.
В трёхмесячном промежутке между ними разгорелись очень жаркие дискуссии, сопровождавшиеся многотысячными митингами, о степени честности, справедливости и прозрачности существующей избирательной системы. А вот, что на этот счёт предлагал почти 2,5 тысячи лет тому назад Платон: "В выборах государственных должностных лиц участвуют те, кто носит оружие, - всадники или пехотинцы - и кто принимал участие в войне, состоят в отрядах соответственно своему возрасту. Выборы происходят в святилище, которое государство наиболее почитает. Каждый должен возложить на жертвенник бога дощечку, написав на ней имя и отчество избираемого, филу и дем, (фила - территориальная единица, одна фила делится на 10 демов, примечание автора) членом которого тот состоит; точно таким же образом он должен приписать и свое собственное имя. Всякий желающий может, если ему покажется, что дощечка заполнена несообразно с его намерением изъять ее и выставить на площади в течение не менее 30 дней. Выбрав до трехсот дощечек, признанных главными, должностные лица показывают их всем гражданам. Граждане подобным же образом выбирают из этих трехсот того, кого каждый хочет. Во второй раз из них отбирают сто и снова показывают всем. На третий раз пусть голосуют за тех, кто значится в числе этих ста, опять-таки за кого кто хочет, но уже принося клятву над внутренностями жертвенных животных. Тридцать семь человек, получивших наибольшее число голосов, становятся государственными правителями" [1]. Из этой цитаты видно, что в своей модели идеального государства Платон предлагает очень демократическую, даже по нынешним временам, процедуру выборов государственных должностных лиц.

Во-первых, всех чиновников выбирают на один год, что весьма разумно, на наш взгляд, так как негодного и недостойного человека через год от властных рычагов удаляют и за этот год он много вреда не сможет причинить, а грамотного, честного и болеющего за общие интереса народа и государства кандидата можно ежегодно переизбирать без ограничений, хоть двадцать раз подряд.

Во-вторых, выборы проходят в три (!) тура, то есть каждый кандидат проходит тройной фильтр, что, конечно же, очень эффективно снижает вероятность прорыва к власти всякого рода мерзавцев и прохиндеев. Наше время, к сожалению, полно примеров того как в России, так и в западных странах у власти оказываются, мягко говоря, не те люди. Кроме того, каждый тур голосования продолжается целый месяц, а не один день, как практикуется сегодня в большинстве стран. Ценность такого длинного тура голосования очевидно в том, что всем, кто далеко от родины, можно за тридцать дней выбрать удобный для себя день голосования и не прибегать к помощи открепительных талонов, которые по откликам прессы часто подделывают. Также за 30 дней есть гораздо больше времени всё тщательно обдумать и взвесить, чем за один единственный день.

В-третьих, голосование было не тайное, а поимённое, то есть каждый гражданин возлагал на жертвенник бога в храме (а именно там происходило голосование) табличку из дерева (бумаги ещё не было тогда в Европе), которую с одной стороны подписывал своим именем, а на другой стороне писал имя кандидата, за которого отдавал свой голос. Принимал же эти таблички и складывал их стопками по конкретным кандидатам жрец - служитель этого храма, то есть уже визуально было легко определить, какой из кандидатов набирал больше голосов.

В-четвёртых, подведение итогов каждого тура голосования происходило публично и этому подсчёту голосов уделялся целый день. Происходило это следующим образом: все граждане, которые принимали участие в голосовании собирались на площади перед храмом с самого утра и жрец храма объявлял всем собравшимся, кто и за кого голосовал - ведь голосование было поимённое. Начинал он объявления с кандидатов-победителей и не спеша называл, какой конкретно избиратель за какого конкретно кандидата отдал свой голос. Таким образом, фальсификация итогов каждого тура и конечной победы кандидатов были абсолютно исключены, так как граждане-избиратели стояли здесь же на площади перед храмом и проверяли лично, правильно ли жрец говорил, за кого такой-то гражданин проголосовал. Этот момент поимённого голосования и публичного подведения результатов показывает явное и очевидное превосходство древнегреческой афинской демократии над современной демократией, которая оставляет лазейку для искажения результатов выборов. Эта лазейка прикрывается правом избирателей на тайное голосование, которое и открывает возможность для обмана электората, так как тайное голосование в совокупности с отсутствием публичности в подведении итогов лишает прозрачности процедуру подсчёта голосов. Фальсифицировать результаты могут те, кто подсчитывает голоса - ведь голосование-то тайное. А если голосование тайное, то невозможно и поимённое публичное оглашение его результатов. На наш взгляд, высшей формой волеизъявления личности в качестве избирателя является создание условий, при которых личность не испытывает страха, что кто-то узнает, за какого кандидата данный избиратель отдал свой голос.

И последнее, в-пятых, пока длится тур голосования (а длится он 30 дней), можно пойти в храм и переголосовать, если что-то узнал негативное про кандидата, за которого отдал голос. Такая практика в современном мире вообще отсутствует. Можно сделать вывод: современная практика выборов, которая господствует сегодня в большинстве стран мира и в России в том числе, является не совсем совершенной и демократической, так как допускает возможность обмана граждан, поэтому нам есть чему поучиться у древних греков. Задачей формирующегося сегодня в России гражданского общества является принятие государством такого избирательного закона, при котором фальсификация итогов голосования в принципе будет исключена.

Одной из проблем, которая стоит перед гражданским обществом в современной России - это резкое различие в материальном положении граждан. Платон считал, что государство, разделённое на бедных и богатых, чрезвычайно неустойчиво и любая малейшая причина может нарушить в нём спокойное течение жизни, «Подобно тому, как для нарушения равновесия болезненного тела достаточно малейшего толчка извне, чтобы ему расхвораться, - а иной раз неурядица в нём бывает и без внешних причин, - так и государство, находящееся в подобном состоянии, заболевает и воюет само с собой по малейшему поводу» [1]. Вот именно это замечание Платона очень актуально для современной российской жизни. Среди всех развитых государств Европы и Северной Америки (а автор относит Россию к таковым) нет ни одного, где бы эта проблема стояла острее, чем в России. Разумеется, в любом обществе всегда кто-то будет богаче, а кто-то беднее, но не об этом речь. Речь о том, что нельзя допускать поляризации - то есть резкой, большой, контрастной разницы - в материальном уровне граждан. Как известно, социологи эту разницу подсчитывают следующим образом: доходы 10% самых богатых делят на доходы 10% самых бедных (в социологии это называют децильным коэффициентом) и полученный коэффициент не должен быть больше 14. Хотя непонятно, откуда взяли это число, ведь у самого Платона разница - не более, чем 3 раза. Для сравнения в Западной Европе эта разница - в 6-8 раз и в США - в 10-12 раз. Наблюдающаяся в современном российском обществе всё большая поляризация в уровнях доходов самых богатых и самых бедных внушает научному сообществу и политическому классу большую тревогу по поводу успешного развития нашей страны в ближайшие годы. Расслоение населения по децильному коэффициенту достигает по официальным данным в 16 раз, а по исследованиям социологов в 20-25 раз.[1]. Эти данные пятилетней давности: сегодня, очевидно, разница стала ещё больше. Градус социальной напряжённости постоянно возрастает, что проявляется в очевидном росте всех видов девиантного поведения и прежде всего в росте преступности, пьянства, наркомании и суицида.

Напряжение в нашем обществе как в электрических сетях всё больше нарастает, что чревато коротким замыканием, а как это называется в общественной жизни догадается даже грамотный школьник. Новые русские ослеплены жаждой набить свои карманы ещё туже и не осознают, что ведут дело к социальному взрыву, который лишит их всех богатств. Историки давно заметили, что в России примерно один раз в сто лет происходит кровавая разборка между богатыми и бедными и со времени последней скоро будет век. А происходит это потому, что «бедные и неимущие добиваются доступа к общественным благам, рассчитывая урвать себе оттуда кусок, тогда не быть добру: власть становится чем-то таким, что можно оспаривать, и подобного рода домашняя внутренняя война губит участвующих в ней и остальных граждан» [1]. Проблему решает формирование достаточно широкого среднего класса. Средний класс - это своего рода изоляционная прокладка между плюсом (богачи) и минусом (бедняки). Хорошая толстая изоляция между первыми и вторыми сможет предотвратить короткое замыкание (то есть социальный взрыв). Здесь очень ценной является аристотелевская теория среднего класса.

Аристотель разделяет мысль Платона о том, что разделение государства на бедных и богатых отрицательным образом влияет на существование данного государства. Он делает следующий и логически очевидный шаг, продолжая и развивая эту мысль Платона: если поляризация общества ведет его к расколу, то здоровое общество должно иметь значительную прослойку среднего класса, средних граждан, которые не относятся ни к беднякам, ни к богачам. Именно эта концепция среднего класса, который является основой стабильности в любом государстве, сегодня широко распространена во всех странах. «Государство более всего стремится к тому, чтобы все в нем были равны и одинаковы, а это свойственно преимущественно людям средним. Таким образом, если исходить из естественного, по нашему утверждению, состава государства, неизбежно следует, что государство, состоящее из средних людей, будет иметь и наилучший государственный строй. Эти граждане по преимуществу и остаются в государствах целыми и невредимыми. Они не стремятся к чужому добру, как бедняки, а прочие не посягают на то, что этим принадлежит, подобно тому, как бедняки стремятся к имуществу богатых. И так как никто на них и они ни на кого не злоумышляют, то и жизнь их протекает в безопасности. Поэтому прекрасное пожелание высказал Фокилид: "У средних множество благ, в государстве желаю быть средним". Итак, ясно, что наилучшее государственное общение - то, которое достигается посредством средних, и те государства имеют хороший строй, где средние представлены в большем количестве, где они - в лучшем случае - сильнее обеих крайностей или, по крайней мере, каждой из них в отдельности. Соединившись с той или другой крайностью, они обеспечивают равновесие и препятствуют перевесу противников» [4 с.508]. Итак, средний класс - это буфер между крайностями, изоляция между бедными и богатыми. А чем толще изоляция между плюсом и минусом в электротехнике, тем меньше вероятность короткого замыкания, то есть, чем больше в процентном отношении средний класс, тем прочнее государство. А короткое замыкание в общественной жизни - это бунт, восстание, революция, гражданская война. И трудно сказать лучше Аристотеля: «В каждом государстве есть три части: очень состоятельные, крайне неимущие и третьи, стоящие посредине между теми и другими. Так как, по общепринятому мнению, умеренность и середина - наилучшее, то, очевидно, и средний достаток из всех благ всего лучше. При наличии его легче повиноваться доводам разума; напротив, трудно следовать этим доводам человеку сверхпрекрасному, сверхсильному, сверхзнатному, сверхбогатому или, наоборот, человеку сверхбедному, сверхслабому, сверхуниженному по своему общественному положению. Люди первого типа становятся по преимуществу наглецами и крупными мерзавцами. Люди второго типа часто делаются элодеями и мелкими мерзавцами. А из преступлений одни совершаются из-за наглости, другие - вследствие подлости. Сверх того, люди обоих этих типов не уклоняются от власти, но ревностно стремятся к ней, а ведь и то, и другое приносит государствам вред. Далее, люди первого типа, имея избыток благополучия, силы, богатства, дружеских связей и тому подобное, не желают, да и не умеют подчиняться. И это наблюдается уже дома, с детского возраста: избалованные роскошью, в которой они живут, они не обнаруживают привычки повиноваться даже в школах. Поведение людей второго типа из-за их крайней необеспеченности чрезвычайно униженное. Таким образом, одни не способны властвовать, и умеют подчиняться только той власти, которая проявляется у господ над рабами; другие же не способны подчиняться никакой власти, а властвовать умеют только так, как властвуют господа над рабами. Получается государство, состоящее из рабов и господ, а не из свободных людей, государство, где одни исполнены зависти, другие - презрения. А такого рода чувства очень далеки от чувства дружбы в политическом общении, которое должно заключать в себе дружеское начало. Упомянутые же нами люди не желают даже идти по одной дороге со своими противниками» [1]. И бедность, и богатство портят людей, толкают их на путь порока, поэтому многочисленный средний класс оздоровляет общественную атмосферу. Бесспорно, что наглость богачей, а также склонность к продажности и к криминалу бедняков очень вредят любому государству - в этом Аристотель абсолютно прав. Теория среднего класса Аристотеля сегодня общепризнана в западной социологии и многочисленный средний класс (60-70%) является опорой политической стабильности современных западных обществ. Поэтому на Западе уже почти сто лет не происходят ни революции, ни гражданские войны. В России же в данный момент мы наблюдаем стремительное расслоение граждан на очень богатых и на бедных. Если в прошлые годы можно было говорить о наличии в советском обществе многочисленного (60-70%) среднего класса, то сегодня приходится констатировать, что средний класс стремительно тает и уменьшился примерно вдвое - четверо, что чревато для России социальными катаклизмами.

Институт народных трибунов в Риме был ещё одной формой демократии. Он как бы контролировал другие органы власти, не допуская ущемления прав плебеев. Надо сказать, что в современном мире нет аналогов институту народных трибунов, а существующие сегодня в разных странах парламенты как правило, либо лишены реальной политической власти, либо служат ширмой для реализации интересов олигархии. Поэтому напрашивается такое предположение: в привлечении народа и его представителей к принятию важнейших политических решений заключается секрет наиболее оптимальной структуры государственной власти. Как подметил Т.Моммзен:" в современной жизни нет ничего похожего на римское государство".

А народный трибун (которых в Риме было десять) вообще мог наложить вето на любое решение сената и даже запретить сенату собираться [1]. Что касается соотношения власти трибуна и консула, то консулам принадлежала власть более полная, по мнению Т.Моммзена, а вторым более неограниченная, так как запрещению и суду трибунов подчинялся консул, но запрещению и суду консулов не подчинялся трибун [1]. Из этого видно, что политических прав у народа в Риме, по крайней мере формальных, было с избытком. И так продолжалось около 200 лет и именно на этот период приходятся наибольшие успехи в завоевательной экспансии Рима.

Консул помнил также и о том, что народное собрание могло утвердить или не утвердить заключенный им мир или подписанный договор и о том, что при сложении своих полномочий ему необходимо было давать отчет в своих действиях перед народом, поэтому консулы старались не пренебрегать благоволением как сената, так и народа [1]. Отчет перед народом практиковался в Риме всеми магистратами и, на наш взгляд, являлся очень полезной политической процедурой, так как отрезвляюще действовал на любителей властвовать, не неся за это потом никакой ответственности. Разумеется, речь идет не только о выслушивании отчета, но и о возможности задать вопросы, дать оценку деятельности чиновника и в конечном итоге решить: наградить его или наказать. С точки зрения науки управления подобные отчеты есть эффективно действующая обратная связь от объекта управления (народа) к субъекту (магистрату, то есть государственному чиновнику).

Согласно Полибию, власть в Риме была распределена между сенатом, консулатом и народом. Полибий так оценивал политическую систему Рима: "Хотя каждая власть имеет полную возможность и вредить другой, и помогать, однако во всех положениях они обнаруживают подобающее единодушие, и потому нельзя было бы указать лучшего государственного устройства... Если что-нибудь случится, всегда все римляне соревнуются друг с другом в совместном обсуждении, исполнение принятого решения не запаздывает, каждый в отдельности и все в совокупности содействуют осуществлению начинаний. Вот почему это государство благодаря своеобразности строя оказывается неодолимым и осуществляет все свои планы" [1]. Кроме того римские магистратуры имели следующие (и весьма интересные с точки зрения развития современного гражданского общества) особенности:

а) они все были выборными и безвозмездными (то есть не оплачивались), "наградой за власть служит сама власть, что она является столько же долгом и бременем, сколько правом и преимуществом [1];

б) краткосрочными, то есть магистрат через год слагал с себя полномочия и становился частным лицом, и единственным исключением были цензоры, которые избирались на 1,5 года, "консулы республики, сменявшиеся каждый год и стремившиеся прославить своё правление, чтобы вновь получить свою должность, не теряли ни одного мгновения для проявления своего честолюбия: они побуждали сенат предлагать народу объявлять войну и каждый день указывали ему новых врагов" [1];

в) коллегиальными (кроме диктатора), то есть у каждого из них был коллега-напарник;

г) личность магистрата считалась неприкосновенной до истечения срока полномочий;

д) во всех магистратурах существовала интерцессия, то есть, если один из магистратов отдавал какое-либо распоряжение, а другой, будучи не согласным с этим решением, мог отменить это распоряжение (другими словами наложить вето) и, таким образом, мог помешать противозаконным действиям своего коллеги; кроме

того, как уже отмечалось выше, народный трибун мог применить интерцессию в отношении решения любого другого магистрата.

Очевидны преимущества такого порядка: корыстные люди не станут рваться к государственным должностям из-за отсутствия оплаты, выборность всех чиновников ставит их в зависимость от избирателей своей территории, кратковременность пребывания на должности не позволяет терять время попусту и складываться между чиновниками отношениям круговой поруки (когда они друг друга прикрывают в неблаговидных делах), право вето со стороны коллеги делает весьма действенным взаимный контроль магистратов, неприкосновенность до истечения срока послужит большей уверенности в том, что дело будет доведено до конца и, если народ поддерживал начинания магистрата, то его выбирали еще на один годичный срок.

Строго говоря, гражданского общества во времена Античности ещё не существовало, но рассмотренные особенности представляют большой интерес для живущих в XXI веке. И если, хотя бы часть из этих принципов античной политической жизни можно применить к жизни современной, то необходимо пробовать, внедрять, экспериментировать.

Список литературы

1. Медведев, В. А. Социальное неравенство и публичная политика / В.А.Медведев.- М.: Культурная революция,2007.-С.49.

<< | >>
Источник: О. В. Шиняева, И. Г. Гоношилина. Гражданское общество в России: состояние, тенденции, перспективы. 2012

Еще по теме ОПЫТ АНТИЧНОСТИ ДЛЯ РАЗВИТИЯ ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА В РОССИИ:

  1. Лекция 13. Перспективы становления и развития гражданского общества в современной России
  2. МОЛОДЁЖНЫЙ ПАРЛАМЕНТАРИЗМ В КОНТЕКСТЕ РАЗВИТИЯ ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА В СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ
  3. МЕХАНИЗМЫ РАЗВИТИЯ ДОБРОВОЛЬЧЕСТВА ПО ПРОФИЛАКТИКЕ НАРКОТИЧЕСКОЙ ЗАВИСИМОСТИ КАК ФОРМА РАЗВИТИЯ ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА
  4. 3. Гражданское общество в России
  5. 53 МЕХАНИЗМ СТАНОВЛЕНИЯ ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА В РОССИИ
  6. Перспективы гражданского общества в России
  7. 13.5. Перспективы становления гражданского общества в современной России
  8. 13.4. Условия становления гражданского общества в современной России
  9. 3. Социальная стратификация и перспективы гражданского общества в России
  10. Раздел 1. Роль государственного и местного самоуправления в развитии гражданского общества