<<
>>

Российская политическая элита: болезнь дерусификации

За все промахи и ошибки позднего СССР, его распад и невиданное в истории геополитическое отступление несет ответственность советская элита. Почему же российская политическая элита, сменившая совет­скую, не последовала примеру немецкой, которая никогда — даже в усло­виях полного разгрома — не признавала справедливость отторжения от исторической Германии ГДР и добилась в конечном счете мирного вос­соединения расчлененной нации?

Ответ на этот вопрос следует искать в ее происхождении.

Крах ком­мунистической империи привел к острому идейному кризису, вылив­шемуся в кризис российской государственности, именно потому, что советская элита (т.е. российская советизированная элита) была начисто лишена национального самосознания. Эта элита, десятилетиями изо­лированная от мира, толком не знавшая и не понимавшая его, взяла на вооружение псевдолиберальные и псевдодемократические принципы и ценности. Вместо того чтобы воссоздавать российское государство, она увлеклась далекими от реальностей современного мира идеями «демок­ратического братства и солидарности», «мирового цивилизованного сообщества», что было сродни пролетарскому интернационализму ком­мунистов. Национальные интересы России, необходимость отстаива­ния в мире своих экономических и политических позиций оказались на периферии формационного преобразования страны.

Словарь С. И. Ожегова определяет понятие «элита» как «лучшие растения, семена или животные, по своим качествам наиболее пригод­ные для разведения, воспроизводства». Применительно к человеческо­му обществу эта формула выглядит, разумеется, упрощением. Однако не меньшим упрощением является определение элиты в философских энциклопедиях как «важного, привилегированного слоя или слоев, осу­ществляющих функции управления, развития науки и искусства». В пос­леднем случае мы имеем дело с обывательским (хотя и общепринятым) определением элиты, тогда как это понятие является системным, меж­дисциплинарным, метафизическим и даже в известной степени мисти­ческим.

Понятие «элита» ни в коем случае не тождественно понятию «власть». Это не правящий класс, не властвующий истеблишмент и не «номенклатура». Такая «элита» по существу является псевдоэлитой, ибо она, во-первых, всегда экстравертна (ее сознание формируется отчуж­денной от нее актуальной внешней средой) и, во-вторых, в принципе неорганична, нецелостна, что находит выражение и в семантических рядах языка (говорят, например, о научной, художественной, военной, экономической, политической элитах).

По меткому рассуждению философа Ш. Султанова, такая квазиэлита обладает некоторыми внешними, формальными признаками реальной элиты. Но, будучи частным явлением, она никогда не несет ответствен­ности за все органичное общество, которое нередко пытается представ­лять. Реальная элита связана прежде всего с такими феноменами, как Традиция, Время и Пространство. Она является воплощением высшей, сакральной ответственности за Целое. Функции власти такая элита мо­жет периодически реализовывать (а может и не реализовывать) именно потому, что выражает предельные императивы, т.е. воплощает конкрет­ные традиции, конкретное пространство, конкретное время через при­частность к сакральному потоку, сакральной ритмике Целого. Такая элита целостна и органична не потому, что статусно или каким-то иным образом выделена в иерархии социума, а потому, что она целостную стра­тегию развития того или иного социума в конкретных условиях и конк­ретном месте воплощает и развивает. Применительно к нации настоя­щая элита выражает и воплощает глубины вечного национального интереса, отражает традиционное национальное сознание, рефлекси­руя единство прошлого, настоящего и будущего этой нации как некой органической целостности. Иначе говоря, истинная элита занята, соб­ственно, тем, что постоянно проясняет (не только и не столько вербаль­но, сколько созданием соответствующих моделей поведения) своей на­ции, в чем именно сегодня смысл бытия, жизни, и объединяет в нечто общее различного рода частные ответы на ключевые вопросы: «Кто мы? Откуда мы пришли? Куда идем?».

Такая элита характеризуется этической принципиальностью. Ее нравственные принципы незыблемы настолько, что она в известном смысле независима от социума, от самой нации, во всяком случае, от ее низменных интенций и пороков, свойственных любой нации. Истин­ная элита — это своего рода душа данного живого общества, в котором она является ее вполне автономной, но тем не менее неотъемлемой составной частью. Она символизирует высшую сакральную свободу дан­ной нации во времени. Говоря словами Шопенгауэра, это «аристокра­тия ума и таланта», но также, добавим мы, «аристократия нравственно­сти и совести» нации.

Отсюда ясно, что даже крупный ученый или выдающийся политик, занимая статусные и даже высшие места в истеблишменте, может не входить в национальную элиту, поскольку для этого важен не личност­ный успех, а то, в какой степени тот или иной деятель является вырази­телем, носителем базовых, традиционных, нравственных ценностей дан­ной нации. В психологическом плане человеческая форма осознания элитой самой себя в качестве такого носителя, такой сакральности — это осознание некой национальной сверхзадачи вне категорий актуаль­ного социального бытия и повседневной жизни.

Короче говоря, понятие «элита» тождественно понятию «субъект развития» нации. Реальная элита всегда возглавляет некий устремлен­ный в будущее, но основанный на прошлом исторический проект. Дег­радация или исчерпание элиты влечет за собой отказ нации от своего исторического проекта и вливание в чужой национальный проект. Ме­сто реальной элиты в этом случае занимают многочисленные квазиэли­ты. Они «булькают на поверхности», пытаются выступать от имени на­ции и весьма преуспевают в личном плане, в то время как социум продолжает погружаться в хаос.

Именно это и происходит сейчас в России. Те, кто называет себя элитой (а им это очень нравится), не являются элитой реальной. Это люди, не только утратившие какую бы то ни было перспективу разви­тия. Они начисто лишены нравственных принципов, цинично ориен­тированы лишь на власть и богатство.

Ради этого в политике идут на любые блоки и коалиции, а в коммерции — на любые сделки. Собствен­но говоря, это вовсе и не национальная элита, поскольку тут налицо сориентированность на ценности других стран. Развалив национальную систему образования, своих детей эти люди предпочитают обучать в Европе и США. Разрушив национальную систему здравоохранения, они лечатся за границей. Там же и отдыхают. Обвалив национальную валю­ту, они держат свои деньги в валюте на счетах в иностранных банках. Так наша ли это элита?

Если это бизнес-элита, то она неконкурентоспособна на Западе, потому что там нельзя воровать. Поэтому ворует она в России, а детей отправляет на Запад. В одном из своих выступлений В. Сурков назвал ее «офшорной аристократией», явившейся на свет в «зоологический период нашего развития». Если это политическая элита, то она на Запа­де просто не нужна, поскольку там есть своя.

В последнее время наше руководство, включая Президента РФ, мно­го говорит о «коррумпированности» элиты. Но это противоречие в оп­ределении. Элита — это ведь все лучшее, избранное. Как можно быть коррумпированной элитой? Следовательно, это никакая не нацио­нальная элита, а отбросы нации.

Что касается научной и культурной элиты, то государство ее настоль­ко унизило ничтожными зарплатами, что она вынуждена в целях выжи­вания выполнять любую работу, за которую кто угодно платит хоть что-нибудь, вместо того чтобы выполнять свое предназначение — быть духовным локомотивом общества, «совестью нации», служить ей и од­новременно возвышать ее до своего уровня. Удачливые деятели культу­ры у нас живут за границей на выгодных валютных контрактах. Ученые, кто не смог в свое время уехать за границу, либо перебиваются случай­ными заработками, либо выполняют заказы иностранных компаний. О судьбах Отечества они и помыслить не в состоянии.

Что же касается честных и совестливых людей из сферы науки и куль­туры, то они себя элитой не ощущают. Как показывают опросы, они элитой считают помимо олигархов еще и мелких лавочников, доходы которых многократно превышают их зарплаты.

Политологическое и экспертное сообщество лишь безучастно на­блюдает и комментирует происходящее.

Вряд ли можно сказать даже, что оно формирует общественное мнение, не говоря уже о том, чтобы вмешиваться в реальную политику и влиять на принимаемые решения. Это пораженцы, которые паразитируют на распаде и разложении стра­ны. А поскольку они уже научились это делать, то заинтересованы и в дальнейшем ее распаде и разложении. Таковы деятели многих эксперт­ных советов, исследовательских центров и общественных организаций, которых иначе как «Советом пораженцев» назвать нельзя.

Качество нашего парламентского корпуса всем известно. Это еще раз подтвердили декабрьские выборы 2007 г. Мотивы, по которым все эти «правые», «коммунисты», «кадеты», «демократы», «патриоты» про­бивались в депутаты, страшно далеки от желания хоть немного помочь стране. Кто добивался этого ради приобретения иммунитета, кто — что­бы уйти от правосудия, кто — чтобы «отмыть» деньги через выборы, кто — чтобы занять выгодные лоббистские позиции. Иными словами, каждый из них преследовал исключительно личные интересы, а не ин­тересы Отечества. Образ «народных заступников» им удается, прямо ска­жем, плохо. Особенно отвратительно выглядит «партия власти», идео­логией которой является лишь верность действующему президенту. Как ее ни назови — «Наш дом Россия», «Демократический выбор России», «Единая Россия», эта идеология не изменится.

Остается исполнительная власть, которая, собственно, правит в России. Ее иногда называют «властная элита». Но это определение не­корректно. Речь идет всего лишь о новой российской бюрократии, т.е. номенклатуре федерального и регионального уровня, которая коррум­пирована больше всех остальных сегментов нашей квазиэлиты, посколь­ку она вообще неподконтрольна никому — ни парламенту, ни обществу. Сегодня эта номенклатура, находящаяся в тесной, неразрывной связи с финансово-промышленными группировками (по существу, переплетен­ная с ними), уже также не идентифицирует себя с Россией и в значи­тельной степени ориентирована на свои текущие шкурные интересы и, конечно, на Запад.

Сами же финансово-промышленные группировки нелегитимны вследствие незаконной приватизации.

Не только общество, но и сами они это прекрасно понимают. Что бы там ни говорили президент, пре­мьер-министр и другие высшие руководители, пересмотр результатов этой «неправедной» приватизации дамокловым мечом будет висеть над нашими «олигархами» — причем не только теми, которые изгнаны из страны или пребывают в местах не столь отдаленных, но и теми, кому наша власть выдала индульгенции.

Разве из нелегитимного финансового субъекта может вырасти субъект развития? К тому же действия этих группировок показали, что ни в каком национальном развитии они не заинтересованы. Воплощая собой супермонополизированную, т.е. нерыночную, экономику, они целенаправленно создают условия, при которых малый и средний биз­нес — основной мотор экономического развития в любой стране мира — подняться просто не может. Отсюда в свою очередь — невозможность появления в России мощного среднего класса, который во всех запад­ных странах является опорой экономики и государства. При этом ни один из сегментов вороватой российской квазиэлиты и не помышляет о том, чтобы взять ответственность не только за развитие страны, но и за свои собственные решения, в особенности ошибочные.

Но еще более прискорбно, что в России не просматривается и при­знаков контрэлиты, т.е. элиты, которая находится в реальной (а не дек­ларативной) оппозиции к власти. Все так называемые оппозиционные партии в России — КПРФ, ЛДПР, СПС — являются партиями так на­зываемой «системной оппозиции», которые на словах клянут «антина­родный режим», а на деле соревнуются в преданности действующему президенту.

Как же получилось, что в России не оказалось национальной эли­ты, которая должна была бы взять на себя проект национальной модер­низации страны в начале XXI в.? Главное объяснение этому странному, на первый взгляд, феномену состоит в коммунистическом наследстве. Национальная элита дооктябрьской России была, как известно, безжа­лостно ликвидирована большевиками; ее сравнительно небольшая часть покинула страну.

Сами большевики никакой национальной элитой, разумеется, не стали. Советский исторический проект стал откровенно антинациональ­ным. СССР был анти-Россией.

В коммунистической системе не было места для национальной эли­ты, поскольку не было каких-либо потребностей в ее специфических функциях. В советский период гуманитарная квазиэлита создавалась искусственно, для обслуживания коммунистической идеологии, лаки­ровки общественных процессов, пропагандистского обеспечения кур­са КПСС. Это была не созидательная и не творческая сила, а сила чисто функциональная, сервильная.

Коммунисты, возможно, и были субъектом развития на определен­ном этапе. Но только субъектом развития не России, а СССР, который был государством не национальным, а всемирным. Эманация комму­нистической идеи в 1970—1980-х годах привела к деградации антинацио­нального коммунистического субъекта развития и распаду СССР. СССР, таким образом, распался, поскольку исчез субъект его развития. Но беда в том, что на месте этого исчезнувшего субъекта никакого национально­го субъекта не возникло. Да и не могло возникнуть. Если бы этот субъект был, то СССР распался бы не по сталинским границам, а путем перего­ворного процесса при сохранении пространства исторической России.

Советский политический субъект развития, не обладавший альтер­нативными внутренними жизненными средствами, а главное — альтер­нативным историческим проектом, оказался обреченным на самораз­ложение. Начался быстрый, лавинообразный процесс его дезинтеграции по национальным, идеологическим, региональным и имущественным основаниям. А поскольку одним из главных последствий советизации была тотальная люмпенизация населения, превращение всех рядовых граждан СССР в homo soveticus, т.е. людей-люмпенов, не имеющих ни гражданского общества, ни национальности, ни отечества, то катаст­рофа развала СССР не вызвала сколько-нибудь серьезного социально­го протеста.

Попытки правящего класса РСФСР, выломившейся из лона Совет­ского Союза, консолидировать оставшееся на ее территории население вокруг антикоммунистической идеи успеха не возымели. В качестве альтернативных советскому историческому проекту власть попыталась использовать не только деструкцию, но и конструктивные проекты, та­кие как «идеалы демократии», «рыночная экономика», «либеральные реформы», «интеграция в сообщество развитых стран» и т.д. Эти попыт­ки, сами по себе весьма дилетантские и некомпетентные, также полно­стью провалились, поскольку, собственно говоря, подменяли новую «национальную сверхзадачу», по сути дела, средствами ее решения.

Сокрушительный провал затеи Б. Ельцина с «разработкой» нацио­нальной идеи сверху в 1996 г., о котором уже говорилось выше, еще раз подчеркнул тот неоспоримый факт, что «национальная элита» и власть — это совершенно разные вещи. Эксперты (с позволения сказать), кото­рые год с лишним работали (кстати, на казенных харчах и за солидные гонорары) в «группе Сатарова», не стремились найти национальную идею для России (которую в глубине души они просто презирали), а по принципу «чего изволите?» пытались «угадать» настроения Кремля и дать им идеологическое, а потом, как они надеялись, и пропагандист­ское обрамление (ведь они хотели получать гонорары и дальше). Иными словами, эти «эксперты», действуя в соответствии с укоренившимися стереотипами советского агитпропа, по знакомым схемам «промыва­ния мозгов» «спившегося быдла», конечно же даже близко не стояли к высокой категории национальной элиты.

К сожалению, и в последующие годы не наблюдалось признаков зарождения такой элиты. Впрочем, равно как и трансформации люм­пенизированного советского общества в гражданское. Что же касается власти, то, как будто забыв о том, с каким треском провалилась затея с «разработкой» сверху национальной идеи, она в 2001 г. на глазах у всего изумленного мира провела вдруг помпезный «Гражданский форум», на котором уже второй Президент России «поставил задачу» в «кратчай­шие исторические сроки» «построить» гражданское общество в России. Надо ли говорить, что и эта затея власти насадить что-то хорошее «сверху» также окончилась конфузом? Однако сам замысел этой власти безошибочно указывал на то, что ее советская природа ничуть не изме­нилась. Да и деятелей культуры, науки и искусства, участвовавших в работе форума, уж никак нельзя было отнести к национальной элите, которая по определению не может заниматься мелким попрошайниче­ством и присягать на верность «главному начальнику страны». Наша интеллигенция, воспитанная в добрых советских традициях, ни на фо­руме, ни в ходе других массовых мероприятий, например выборных кам­паний, да и во время более страшных событий, например расстрела «Бе­лого дома» в 1993 г., никогда не давала власти повода усомниться «с кем же вы, мастера культуры?». Какая же это, с позволения сказать, нацио­нальная элита?!

После провала «Гражданского форума» наша власть и сегодня дей­ствует подобно Бурбонам, которые ничего не забыли и ничему не на­учились. Те же люди — В. Сурков, Г. Павловский, С. Марков и прочие — создали Общественную палату, которой была поручена та же миссия, с которой не справился «Гражданский форум»: формирование в России гражданского общества. Причем В. Сурков полагает, что Обществен­ная палата «стартовала вполне успешно». Между тем очевидно, что Об­щественная палата, имея в своем составе людей, всех без исключения назначенных Кремлем, способна построить лишь имитацию гражданс­кого общества, полностью подконтрольную действующей власти!

А потому эта «общественная» организация не только бессмыслен­на, но и крайне вредна. Неудивительно, что она была отвергнута под­линным российским гражданским обществом (пусть пока еще слабым и находящимся в процессе становления). Многие порядочные люди просто отказались от предложения Кремля участвовать в очередном политическом аттракционе, справедливо полагая, что порядочным лю­дям там не место.

Ну да бог с ней, с этой очередной затеей кремлевских политтехно­логов. Пусть они еще раз получат граблями по лбу и убедятся в том, что гражданское общество невозможно создать сверху. Важно другое: ны­нешнее состояние самого гражданского общества.

Если советизированная российская псевдоэлита за годы «демокра­тии» так и не превратилась в подлинную национальную элиту, т.е. в субъект исторического развития России, то и народ из атомизированного человеческого месива (наследие большевизма) в это время не пре­вратился, говоря философским языком, в субстанцию такого развития, т.е. в человеческий «материал», которая способна производить и вы­двигать своих лучших представителей (здесь, кстати говоря, определе­ние Ожегова вполне подходит), т.е. элиту. И это, возможно, еще страш­нее, ибо элита не может взяться «ниоткуда». Нет субстанции — нет субъекта.

Проведенные в последнее время социологические исследования показывают, что население России воспринимает себя не как субъекта, а как объекта по отношению к социальным процессам, обществу и го­сударству. Такое население не может быть ни зародышем гражданского общества, ни активным элементом каких-либо изменений вообще. И не­удивительно, что власть вспоминает об этом населении лишь накануне очередных выборов, воспринимая его исключительно как «электорат». Если вдуматься в это полупренебрежительно-полупрезрительное опре­деление, то оно означает ту массу человеческого материала, которую раз в четыре года необходимо основательно «взнуздать», чтобы власть могла сохранить свои позиции в государстве. Где же здесь зачатки граж­данского общества и желание самой власти построить его?

Наконец, о самой власти. Очевидно, что не только национальной идеи, своего исторического проекта, но и сколько-нибудь внятной стра­тегии у нее нет. Не может быть стратегией концепция долгосрочного социально-экономического развития РФ до 2020 г., которая периоди­чески то появляется на сайте Минэкономразвития, то исчезает оттуда. «Материальный успех, свобода и справедливость» не могут быть наци­ональными ценностями, как полагает В. Сурков (да будет известно на­шему руководству, что эти ценности универсальны). Здесь опять наме­ренная (или невежественная) подмена целей средствами. Интеграция в мировое сообщество — это, может, и неплохо, да только это интеграция в чужой исторический проект. Где же проект национальный?

Не тянет на эту роль и ни один из заявленных Кремлем так называ­емых национальных проектов, которые представляют лишь некоторые направления рутинной работы любого мало-мальски ответственного правительства. Поставила ли власть в национальную повестку дня та­кую задачу, как национальная модернизация? Уверенности в этом ни у кого нет. А ведь подобная задача могла бы способствовать кристаллиза­ции национальной элиты в качестве субъекта модернизации. Понятно, что речь в данном случае идет не о пустых декларациях — их достаточно со стороны высшего политического руководства, — а о долгосрочной и всесторонней федеральной программе, далеко выходящей за времен­ные рамки президентских циклов. Ясно и то, что такая программа не имеет ничего общего с еще одним «политическим аттракционом» — кремлевским проектом «Россия как энергетическая сверхдержава», ко­торый, по оценке многих авторитетных отечественных и зарубежных экспертов, является проектом демодернизационным. Впрочем, как гово­рилось выше, в условиях мирового кризиса некогда популярные разго­воры на эту тему сами по себе прекратились.

Вместо серьезной работы по выработке Большого национального проекта в последние три-четыре года в России с подачи именно выс­шей власти наметилась зловещая, прямо противоположная тенденция: скатывание к махровой «советчине». «Управляемая демократия», при которой все решения принимает Кремль; ликвидация принципа разде­ления властей, независимого парламента, судебной власти, свободных СМИ; грубое использование «административного ресурса» на выборах, превращение самих выборов в профанацию, «спектакль для дураков»; избирательные правосудие и правоприменительная практика (когда против одних назначенных миллиардеров возбуждаются уголовные дела, а другим разрешается покупать футбольные клубы); полицейские мето­ды давления на крупный капитал (пусть и нелегитимный и очень воро­ватый); укрупнение органов госбезопасности вне всякого их контроля со стороны парламента и общества; разгром неугодных телеканалов и изданий; возрождение советского гимна и красного флага с пятиконеч­ной звездой (пока, правда, только в Вооруженных Силах РФ); почитание «славных чекистских традиций»; назначение на высшие посты в государ­стве бывших деятелей КПСС и КГБ — вот далеко не полный перечень шагов власти, сигнализирующих о возврате к старым временам.

Будь в России настоящая национальная элита — она конечно же всего этого не допустила. Будь в России дебольшевизированное насе­ление — оно бы вряд ли почти единодушно проголосовало в декабре 2007 г., по существу, за продолжение этого курса. Будь в России граж­данское общество, оно бы сформировало эффективную и мощную оп­позицию нынешнему режиму.

Но тогда получается, что нынешняя псевдоэлита даже не воспри­нимает Россию как свою страну. Воистину она живет, «под собою не чуя страны»! Потому-то она и начисто лишена не только чести и нрав­ственности, но и совести. Эгоистическая и вороватая, безответствен­ная и, по сути, разложившаяся, эта квазиэлита живет, конечно, не стра­тегическими категориями, а сегодняшним днем. Она находится не толь­ко вне пространства исторической России, но и вне ее исторического времени. У нее напрочь отсутствует чувство целого, его сакральной рит­мики, чувство единства прошлого, настоящего и будущего науки. По­добно большевикам, отказавшимся от тысячелетнего наследия России и начавшим строить новое государство с 1917 г., «с чистого листа», рос­сийская квазиэлита вознамерилась строить новую Россию с 1991 г., как будто за ее плечами не одиннадцать веков государственности, а всего лишь двадцать лет. Теперь она, правда, решила частично реабилитиро­вать советский период истории, но лишь с целью повысить «капитализа­цию страны» в своих корыстных интересах. Она с большим удовольстви­ем и вовсе покинула бы «эту страну». Да вот беда: на Западе ее никто не ждет. Она там никому не нужна. Ведь там есть своя национальная элита, свято охраняющая свою Традицию, свое Время и свое Пространство.

Есть ли хоть малейшая надежда на то, что в России эту квазиэлиту заменит элита подлинная? Близкое будущее такой перспективы едва ли просматривается...

<< | >>
Источник: Кортунов С. В.. Становление национальной идентичности: Какая Россия нужна миру. 2009

Еще по теме Российская политическая элита: болезнь дерусификации:

  1. 5.4. Политическая элита российского общества
  2. Постсоветская элита и либеральное реформирование российского общества
  3. ГЛАВА 5. ПОЛИТИЧЕСКАЯ ЭЛИТА
  4. 6.6. Региональная политическая элита
  5. Что такое региональная политическая элита?
  6. Что такое политическая элита?
  7. Политическая элита: понятие и сущность
  8. 1. Административно-политическая элита: понятие и сущность
  9. ПОЛИТИЧЕСКАЯ ЭЛИТА И ПОЛИТИЧЕСКОЕ ЛИДЕРСТВО
  10. Политическая элита как фактор национальной безопасности
  11. Лекция 4. Коммунистическая правящая элита и политические лидеры советской эпохи
  12. АДМИНИСТРАТИВНО-ПОЛИТИЧЕСКАЯ ЭЛИТА И АППАРАТ ГОСУДАРСТВЕННЫХ ОРГАНОВ: ФОРМИРОВАНИЕ, ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ, ЭФФЕКТИВНОСТЬ