<<
>>

Сущность и отличительные черты политической культуры

Понятие политической культуры

Многое из того, что мы сегодня относим к проблематике политической культуры, содержалось еще в Священ­ном Писании и описывалось мыслителями древности (Конфуций, Платон, Аристотель).

Однако специальный термин «политичес­кая культура» впервые появился лишь в XVIII в. в трудах немецко­го философа-просветителя Иоганна Гердера. Теория же, предпо­лагавшая изучение мира политики через призму этого концепта, сформировалась еще позднее - только в конце 50 - начале 60-х гг. ХХ столетия в русле западной политологической традиции.

Американский теоретик Г. Алмонд, исследуя политическую систему, наряду с традиционным - институциональным характе­ром ее изучения (предполагавшим изучение институтов и их функ­ций, норм и механизмов формирования государственной поли­тики) выделил также и ориентационный (выделявший в качестве основного объекта анализа особые отношения населения к разно­образным политическим объектам). Последний и представлял со­бой характеристику особого класса политических явлений - по­литическую культуру, соединявшую институциональный и реаль­ный уровни функционирования политической системы. И хотя в своем первоначальном виде эта теория в значительной степени была спроецирована на изучение американской политики, впос­ледствии соотечественники Г. Алмонда - С. Верба, Л. Пай, В. Розенбаум, англичане Р. Роуз и Д. Каванах, немецкий теоретик К. фон Бойме, французы М. Дюверже и Р. Ж. Шварценберг, голландец И. Инглхарт и другие ученые существенно дополнили и развили учение о политической культуре, превратив ее в универсальную теорию, описывающую ценностную мотивацию, верования, иде­алы и убеждения людей. И сегодня понятие «политической куль­туры» стало символом и обобщенной характеристикой всего субъективного контекста политики, отображая то, «как люди воспри­нимают политику, и как они интерпретируют то, что видят».

Вместе с тем следует констатировать, что на сегодняшний день в политологии сложилось три основных подхода в трактовке политической культуры.

Так, одна группа ученых отождествляет политическую культу­ру со всей совокупностью духовных явлений (Г. Алмонд, С. Верба, Д. Дивайн, Ю. Краснов и др.). В этом смысле политическая культу­ра понимается по сути как форма общественного сознания или психического склада социума, не включающая при этом все прак­тические, поведенческие формы своего существования. Другие ученые видят в политической культуре проявление нормативных требований (С. Вайт) или совокупность типичных образцов пове­дения человека в политике (Дж. Плейно). Иными словами, поли­тическая культура понимается в данном случае как регулятор по­литического поведения. Еще одна - третья группа ученых пони­мает политическую культуру как способ, стиль политической деятельности человека, предполагающий воплощение его убеж­дений, идеалов, принципов и прочих базовых воззрений в прак­тическом поведении (И. Шапиро, П. Шаран, В. Розенбаум). Политическая культура интерпретируется здесь как некая постоянно реализуемая на практике внутренняя программа жизнедеятельно­сти человека, совокупность «духовных кодов» его политического поведения, свидетельствующая об усвоенных им нормах и тради­циях государственной жизни.

Однако, несмотря на определенные различия в концептуаль­ной трактовке политической культуры, можно увидеть, что об­щепризнанным стало то, что центральная роль в политической культуре принадлежит ценностным ориентациям, представляющим специфическую мотивационную систему человеческого поведе­ния. Это как бы руководящие принципы его политической дея­тельности, не только систематизирующие, связывающие отдель­ные поступки человека в форму его индивидуально окрашенного поведения, но в известной степени и программирующие его ак­тивность в мире политики. Эти внутренние представления («глубокие структуры» сознания — Мерельман), задают смысловые значения тем или иным политическим объектам и позволяют че­ловеку оценивать их с точки зрения своих интересов, намерений, замыслов.

Они определяют восприятие человеком политической действительности, задают основные рамки внутреннего оправда­ния им своего поведения и мышления в политике, обусловлива­ют присущие ему стереотипы и способы мотивации, адаптации к действительности.

Эти ориентационно-ценностные суждения и оценки позволя­ют человеку также осознать свою идентичность, а следовательно, и собственные отличия от представителей иной, не совпадающей с его воззрениями системы ориентаций. Являясь результатом пер­сонального освоения человеком мира политики, политические ценности в то же время неминуемо испытывают и влияние со стороны общества. Прежде всего это происходит за счет усвоения человеком норм политической системы, которые несут в себе не только актуальные требования к его поведению, но и передают позитивный опыт прошлого, представленный в традициях, обы­чаях, стандартах и стереотипах деятельности. В практической дея­тельности это особенно ярко проявляется через оперирование человеком различными символами, закрепляющими образы и смыслы, знаменующими для него его происхождение, принад­лежность к тому или иному обществу (группе). Например, сохра­няя внутреннюю приверженность к таким символам, как флаг, гимн или герб определенного государства, человек и сам воспри­нимает себя как представителя той или иной страны, испытывая уважение и гордость за ее деяния, так или иначе сопрягая свои жизненные цели с ее историей.

Воспроизводя традиции, политическая культура представляет собой форму освоенного человеком того позитивного наследия, которое оставлено ему предшествующими поколениями. Это про­цесс постепенный, а главное — избирательный, регулируемый пристрастиями каждого человека в отдельности. И даже в самых тиранических режимах обращение к традициям и усвоение про­шлого опыта на уровне ценностной ориентации может происхо­дить только на основе erQ свободного присоединения к тем или иным формам мышления и поведения предшествующих поколе­ний. Даже диктаторские режимы могут контролировать только поведение, но не мышление людей.

Потому у политической куль­туры не существует никаких механизмов контроля, кроме огра­ничений человеческого сознания. Как справедливо указывал Гадамер, «традиция всегда является точкой пересечения свободы и истории ... Даже самая подлинная и прочная традиция формируется ... естественным путем, ... требует согласия, принятия, ... [поэто­му] Сохранение старого является свободной установкой ... [челове­ка]». Поэтому политическую культуру невозможно изменить, даже насильственно заставляя человека на протяжении длительного вре­мени предпринимать какие-то действия, не сопряженные с его внут­ренним выбором. Однако самим этим выбором с помощью совре­менных средств и методов влияния на массовое сознание и прежде всего СМИ в значительной степени можно управлять.

Одним из общепризнанных и важнейших положений теории политической культуры является также и отношение к последней как к органической составной части общесоциальной, общенацио­нальной культуры, сложившейся в той или иной стране. В силу этого понятие политической культуры неизменно содержит в себе смыслы и ценности, производные от «культуры» как особого яв­ления, противопоставляемого природе и выражающего целост­ность жизненных проявлений общества. В этом смысле политичес­кая культура понимается как содержащиеся в культуре опреде­ленной страны явления, относящиеся к миру политики и на которые при этом влияют характерные для этого сообщества об­щецивилизационные компоненты жизни: религия, национальный менталитет, достигнутый уровень науки и техники, образование, психический настрой, тип отношений с природой и т.д. Выражая этот «генетический код» народа, его дух в символах и атрибутах государственности (флаге, гербе, гимне), политическая культура по-своему интегрирует общество, обеспечивает его стабильность.

Национальные разновидности политических культур взаимо­связаны между собой не по типу «низшая-высшая», а значитель­но более сложным образом. Поэтому политическую культуру США нельзя рассматривать как более высокую по сравнению, к приме­ру, с традиционно устоявшимися формами политического мыш­ления и поведения в какой-нибудь африканской стране.

Просто это неодинаковые политические культуры различных стран, в ос­новании систем ценностной ориентации которых лежат собствен­ные механизмы гражданской идентификации, символы осозна­ния национального единства, стереотипы отношений общества и государства.

Итак, обобщая описанные выше подходы, политическую куль­туру можно определить как совокупность типичных для конкрет­ной страны форм и образцов поведения людей в публичной сфере, воплощающих их ценностные представления о смысле и целях развития мира политики и закрепляющих устоявшиеся там нормы и традиции взаимоотношения государства, личности и общества.

В современной литературе достаточно широко представлена точ­ка зрения, что политическая культура обладает общегуманисти­ческим содержанием. С этой точки зрения фашистские, расистс­кие или шовинистические движения, практики геноцида и тер­роризма, охлократия и тоталитарный диктат властей не способны поддерживать и расширять культурное пространство в политичес­кой жизни любого общества и потому не могут относиться к фор­мам политической культуры. В то же время многие авторы считают, что политическая культура включает любые влияющие на политику ценности, символы и образцы поведения, в том числе антигуманные.

Политическая культура содержит разнообразные субкультуры, т.е. локальные, относительно самостоятельные группы ценностей, норм, стереотипов и приемов политического общения и поведе­ния, поддерживаемых отдельными группами населения. По сути субкультуры означают некие подсистемы ориентаций и моделей политического поведения, характерные для тех или иных общно­стей и отличающиеся от иных, более распространенных и доми­нирующих в обществе (регионе, нации в целом) ценностей и соответствующих им форм поведения.

Функции и структура политической культуры

Политическая культура как специфический круг явлений оказывает соб­ственное воздействие на политичес­кий процесс, динамику изменений в сфере государственной власти, состояние действующих субъектов.

К ее наиболее устойчивым функциям в политической жизни, олицетворяющим различные направления влияния на власть, относятся:

- идентификация, раскрывающая постоянную потребность че­ловека в понимании своей групповой принадлежности и опре­делении приемлемых для себя способов участия в выражении и отстаивании интересов соответствующей общности;

- ориентация, характеризующая стремление человека к смы­словому отображению политических явлений, пониманию собст­венных возможностей при реализации прав и свобод в конкрет­ной политической системе;

- предписание (программирование), выражающее приоритет­ность определенных ориентаций, норм и представлений, задаю­щих и обусловливающих особую направленность и границы кон­струирования поведения человека;

- адаптация, выражающая потребность человека в приспособлении к изменяющейся политической среде, условиям осу­ществления его прав и властных полномочий;

— социализация, характеризующая обретение человеком опре­деленных навыков и свойств, позволяющих ему реализовывать в той или иной системе власти свои гражданские права, полити­ческие функции и интересы;

— интеграция (дезинтеграции), обеспечивающая различным группам возможность сосуществования в рамках определенной политической системы, сохранения целостности государства и его взаимоотношений с обществом в целом;

— коммуникация, обеспечивающая взаимодействие всех субъ­ектов и институтов власти на базе использования общепринятых терминов, символов, стереотипов и других средств информации и языка общения.

В целом в процессе реализации своих функций политическая культура способна оказывать троякое влияние на политические процессы и институты. Во-первых, под ее воздействием могут вос­производиться традиционные для общества формы политической жизни. Причем в силу устойчивости ценностных ориентаций в сознании человека такая возможность сохраняется даже в случае изменения внешних обстоятельств и характера правящего режима. Поэтому даже в период проводимых государством реформ, целые слои населения могут поддерживать прежние политические по­рядки, противодействуя новым целям и ценностям. Такая способ­ность политической культуры хорошо объясняет то, что большин­ство революций нередко заканчивается либо возвратом к прежним порядкам (означающим невозможность населения внутренне ос­воить новые для себя цели и ценности), либо террором (только и способным принудить людей к реализации непонятных и навязaнныx им принципов политического развития).

Политическая культура способна порождать и новые, нетра­диционные для общества формы социальной и политической жизни, вносимые в политическую жизнь под влиянием заимство­ванных ценностей, технологий, методик осуществления тех или иных задач (например, проведения избирательных кампаний, уре­гулирования кризисов и т.д.). При этом политическая культура обладает возможностью комбинировать элементы прежнего и пер­спективного политического устройства. Как правило, сохраняя базовые, характерные для правящего режима и большинства на­селения ценности и образцы поведения, она дает возможность имплантировать в социальную ткань конкретных обществ новые механизмы политического взаимодействия, обновлять и реконст­руировать текущие политические традиции.

Принципиальное влияние на характер осуществления функ­ций политической культуры оказывает и ее структура, элементы которой по-своему воплощают ценностно-смысловую детермина­цию поведения человека в сфере власти. В самом общем виде мож­но говорить о рациональных и иррациональных компонентах по­литической культуры. Если рациональные компоненты сохране­ния идентичности предполагают опору человека на осознание им собственных (и иных) интересов и статусов, соотнесение целей и средств их достижения, то наличие неосознанных компонентов ориентации человека в политическом пространстве основной упор делает на эмоционально-чувственном восприятии мира.

В качестве «базовых компонентов политической культуры» в науке, как правило, рассматриваются ориентации на политичес­кую систему и ее составные части. В классической форме вопрос о структурировании ценностных воззрений человека поставил Г. Алмонд, выделив в ценностных ориентациях «познавательные» (знания о строении политической системы, ее основных институ­тах, механизмах организации власти), «эмоциональные» (чувства людей к тем, кто обеспечивал функционирование властных ин­ститутов и олицетворял власть в глазах населения), а также «оце­ночные» (спадения, опирающиеся на ценностные критерии и стан­дарты оценки политических явлений) аспекты (элементы).

Известный американский теоретик В. Розенбаум, в частности, предложил дифференциацию политических ориентаций на сле­дующие блоки: ориентации относительно институтов государствен­ного управления, куда входят ориентации относительно режима (государственных институтов, норм, символов, официальных лиц) и относительно «входов» и «выходов» политической системы (вы­ражающих оценку различных требований к государственной влас­ти, ее решений, эффективности их реализации); ориентации от­носительно «других» в политической системе, включающие по­литическую идентификацию (осознание принадлежности к нациям, государствам, жителям определенных районов и др.), политическую веру (означающую убежденность человека в пози­тивных или негативных последствиях действий взаимодействую­щих с ним людей) и выработку субъективных предпочтений от­носительно «правил игры» и господствующего правопорядка; ори­ентации относительно собственной политической деятельности, включающие оценку своей политической компетентности (при участии в политической жизни, использовании при этом определенных ресурсов), веру в свою способность оказывать реальное воздействие на институты власти.

Структурирование политической культуры возможно и с учетом различного значения и роли ценностных ориентаций для формирования политической деятельности человека. В этом смыс­ле могут выделяться мировоззренческие, гражданские и собственно политические ценности.

Так, ценностная ориентация человека на мировоззренческом уровне встраивает представления о политике в его индивидуаль­ную картину мира, индивидуальное восприятие жизни. Коротко говоря, выработка политического мировоззрения заставляет че­ловека соотносить свои нравственно-этические представления (о добре, смысле жизни) с особенностями понимания своего пред­назначенья в политической сфере, формировать представления о роли политики в достижении им своих главных жизненных целей. В рамках гражданских ориентиров человек осознает свои возмож­ности как участника публичных отношений, где действуют осо­бые органы и институты (органы государственного управления, суд и др.), чья деятельность влияет на наличие и реализацию его прав и свобод. С точки зрения собственно политических представ­лений человек вырабатывает свое отношение к практическим формам деятельности конкретного правительства, партий, офи­циальных лиц и т.д.

Типичным способом структуризации политической культуры является различение ценностных ориентиров и способов полити­ческого поведения в зависимости от принадлежности людей к социальным, национальным, демографическим, территориальным, конфессиональным, ролевым (элита и электорат) и другим общественным группам. Тем самым политическая культура пред­стает как совокупность субкультурных образований, характеризу­ющих наличие у их носителей существенных (и несущественных) различий в отношении к власти и государству, правящим парти­ям, в способах политического участия и т.д.

Такой подход позволяет увидеть, что в конкретных странах и государствах наибольшим политическим влиянием могут обладать, например, религиозные (в Северной Ирландии и Ливане), этни­ческие (в Азербайджане) или элитарные (в переходных обществах) субкультуры.

Типы политической культуры

На протяжении развития разнообраз­ных государств и народов выработа­но множество типов политической культуры, выражающих пре­обладание в стиле политического поведения граждан определен­ных ценностей и стандартов, форм взаимоотношений с властя­ми, а также иных элементов, сложившихся под доминирующим воздействием географических, духовных, экономических и про­чих факторов.

В основании типологии политических культур могут лежать факторы, отражающие, к примеру, специфику разнообразных политических систем (X. Экстайн), стран и регионов (Г. Алмонд, С. Верба), типов ориентации граждан в политической игре (в част­ности, моралистских, индивидуальных или традиционных - Д. Элазар), открытость (дискурсивность) или закрытость полити­ческих ценностей к инокультурным контактам (Р. Шварценберг), внутреннюю целостность культурных компонентов (Д. Каванах), идеологические различия (Е. Вятр), общекультурные поведенчес­кие особенности человека (М. Даглас), отличия деятельности эли­тарных и неэлитарных слоев и т.д.

Типы политической культуры могут определяться и иначе. Так, например, можно говорить о рыночной (где политика понимается людьми как разновидность бизнеса и рассматривается в качестве акта свободного обмена деятельностью граждан) и этатистской политической культуре (которая демонстрирует главенствующую роль государственных институтов в организации политической жизни и определении условий политического участия индивида), а также традиционной (соответствующей аграрному этапу развитая общества), модернистской (развивающей свои традиции и ценности на основе индустриального способа производства) и постмодернистской (фор­мирующей нормы на основе доминирования постматериальных цен­ностей, качественного повышения политической роли электронных СМИ и соответствующих им информационных технологий вла­ствования) разновидностях.

Особую известность в науке получила классификация полити­ческой культуры, предложенная Г. Алмондом и С. Вербой в книге «Гражданская культура» (Нью-Йорк, 1963). Анализируя и сопостав­ляя основные компоненты и формы функционирования полити­ческих систем Англии, Италии, ФРГ, США и Мексики, они выделили три «чистых» типа политической культуры: парохиальный (приходской, местечковый, патриархальный), для которого ха­рактерно отсутствие интереса граждан к политической жизни, зна­ний о политической системе и значимых для людей ожиданий от ее деятельности; подданический, где сильна ориентация на политические институты и невысок уровень индивидуальной ак­тивности граждан; партисипаторный (participation — участие), сви­детельствующий о заинтересованности граждан в политическом участии и о проявлении ими активности в этом. Авторы подчеркивали, что на практике данные типы политической культуры взаимодействуют между собой, образуя смешанные формы с преобладанием тех или иных компонентов. Причем самой массовой и одновременно оптимальной, с точки зрения обеспечения стабиль­ности политического режима, является синтетическая культура «гражданственности», где преобладают подданнические установки и активистские формы участия людей в политике.

В содержательном отношении существуют и более общие кри­терии типологизации политической культуры, заданные, в част­ности, спецификой цивилизационного устройства особых полу­миров - Востока и Запада, Юга и Севера, ценности и традиции которых являются фундаментом практически всех существующих в мире политических культур.

Так, идеалы и нормы политической культуры западного типа, формирование которой восходит к полисной (городской) орга­низации власти в Древней Греции, предполагавшей обязательность участия граждан в решении общих вопросов, а также к римскому праву, утвердившему гражданский суверенитет личности, ценно­сти отношения к труду, как к залогу жизненного преуспевания, рациональное отношение к жизни, идеи состязательности, стрем­ление к прогрессу. Эта культура воплощает ценности гуманизма, человеческой свободы, плюрализма мнений и убеждений. В осно­ве своей они базируются на мировоззрении индивидуализма, в рамках которого абсолютным приоритетом обладают самоценность индивида, его индивидуальная свобода и автономия, ответственность за собственное благополучие и долг перед государством. В политической сфере эти мировоззренческие принципы сфор­мировали философию laisser faire, предполагающую отношение к праву как к важнейшему и определяющему орудию власти, га­рантирующему свободу и самоопределение личности, развитие свободного рынка и статус государства как нейтрального, подчи­ненного гражданскому обществу органа регулирования. Принци­пиальное значение имеют здесь и принципы идеологического и политического плюрализма, выборности органов власти, систематического контроля общественности за властными структура­ми, наличия механизмов, уравновешивающих различные элитар­ные группировки и центры власти. Ориентируясь на рациональ­ную организацию политического процесса, эти идеалы и прин­ципы воплощали ценности политического диалога, достижения компромисса и уважения партнера. С течением времени такие под­ходы и нормы смогли превратить политику западного общества из сферы борьбы непримиримых ценностей и целей в форму праг­матичного согласования интересов, в которой центральное место заняли институты и структуры центристского, умиротворяющего и стабилизирующего общество толка.

Как можно заметить, основные ценности- и ориентиры поли­тической культуры Запада отражали прежде всего понимание са­модостаточности человека для осуществления власти и отноше­ние к политике как к разновидности конфликтной, но вполне рационально организованной деятельности, где люди выполняют различные роли и функции. Государство воспринималось как ин­ститут, защищающий права и свободы человека, поддерживаю­щий его социальные инициативы. При этом не существовало ни­каких ценностных ограничений, закрывающих для обычного че­ловека возможности исполнения управленческих функций. Статус важнейшего регулятора политической игры утвердился за зако­ном, а главенство конституции сформировало преобладание консенсусных технологий властвования.

В отличие от этих принципов специфика восточных норм и традиций задавалась особенностями жизнедеятельности общин­ных структур аграрного азиатского общества, формировавшихся под воздействием ценностей арабо-мусульманской, конфуцианс­кой и индо-буддийской культур. Базовые ценности данного мира формировались при постоянном доминировании в жизни обще­ства властвующих структур, господстве коллективистских форм организации частной жизни, подавлении централизованными структурами условий для индивидуальной предпринимательской деятельности, возникновения и развития частной собственности. Безраздельное господство религиозных идей, воплощавших не только сакральные идеи, но и мораль, право, эстетику, соци­альные учения, привело к тому, что религиозные доктрины прак­тически поглотили критическую функцию светской мысли в этих странах.

Разрешение конфликтов в таких условиях предусматривало апелляцию к моральному авторитету старших, начальников. По­этому этической максимой политической культуры восточного типа' стал не закон, а обычай, не конституция, а мнение руководства. В целом длительное господство патриархально-клановой структу­ры общества привело к крайней слабости индивида перед лицом общины и особенно государства. Поэтому и власть, и политика всегда воспринимались как сфера деятельности героев и выдаю­щихся лиц. Человек рассматривал политическую власть как об­ласть божественного правления. Состязательность, плюрализм, свобода исключались из атрибутов этой области жизни. Поэтому признание главенствующей роли элит дополнялось отсутствием потребности в контроле за их деятельностью. Основным уделом человека становились исполнительские функции, поддержание справедливости, порядка, гармонии верхов и низов.

Несмотря на противоположность политических ценностей за­падного и восточного типов, в некоторых, в том числе и в рос­сийском, государствах сформировался некий синтез этих куль­турных норм и представлений. Правда, надо признать, что в це­лом в культурном портрете россиянина пока еще доминируют те черты и свойства, которые исторически заданы влиянием восточ­ных, византийских традиций (не случайно Н. Бердяев определял психический тип русского человека как восточный, хоть и под­вергшийся сильному влиянию Запада). В то же время система цен­ностей и стандартов, которая характерна для политической куль­туры западного типа присуща весьма незначительной группе граж­дан (и при этом даже у этой части населения они еще носят несколько книжный и умозрительный характер).

В целом же культурное своеобразие отечественной политичес­кой культуры прослеживается в доминировании общинных ори­ентаций, персональном восприятии россиянином всей системы власти в государстве (а следовательно, и в определяющей роли личностей - а не институтов - в политической жизни обще­ства); массовых этатистских настроениях (преклонении граждан перед государством), обусловивших низкий уровень гражданской самоорганизации и неприятие людьми общественного контроля за властью (а временами и нравственное оправдание значитель­ной частью населения даже произвола властей). Своеобразным показателем российской политической культуры служат и тради­ционно низкий авторитет законности и права, заменяемых обы­денными представлениями о «справедливости» и «порядке», обус­ловленные душевностью, простодушием и открытостью русского человека. Для культурного портрета россиянина характерно и чрезмерное морализаторство, демонстрирующее, что люди в простран­стве политики, так же как и в быту, привыкли больше апеллиро­вать не к частным, а к общим интересам, к моральным, а не к рациональным основаниям поведения властных институтов.

Как показывает исторический опыт, социальная разнородность и острая конфликтность групповых мировоззрений породили низ­кий уровень целостности российской политической культуры, создали высокую фрагментированность культурного поля, т.е. пре­допределили отсутствие такой культурной формы, которая была бы способна интегрировать, объединить политически разнообраз­ное сообщество. Такого рода факты однозначно говорят о расколе российской политической культуры, свидетельствующем об от­сутствии в обществе базового ценностного консенсуса, что с уди­вительной настойчивостью проявляется в противоположности позиций «западников» и «славянофилов», «красных» и «белых», «коммунистов» и «демократов», одним словом — «наших» и «ненаших». Все это характеризует политическую культуру российско­го общества как внутренне расколотую, поляризованную культуру, где ее ведущие сегменты противоречат друг другу по своим базо­вым и многим второстепенным ориентирам.

Как показывает опыт развития российского общества, его куль­турная самоидентификация возможна на пути преодоления рас­кола и обеспечения органического синтеза цивилизационного свое­образия страны и мировых политических тенденций к демократизации обществ и расширению контактов между ними.

<< | >>
Источник: Пугачев В.П., Соловьев А.И.. Введение в политологию. 2005

Еще по теме Сущность и отличительные черты политической культуры:

  1. Сущность и отличительные черты массовой информационно-коммуникационной системы
  2. Структура и отличительные черты общих методов политического анализа
  3. 1. Сущность и отличительные особенности политических технологий
  4. Сущность и отличительные особенности политических технологий
  5. Отличительные черты, структура и функции общественного мнения
  6. Отличительные черты генезиса капитализма во Франции и германских княжествах
  7. 8. Назовите отличительные черты меркантилизма – одной из первых экономических школ.
  8. Сущность и понятие политической культуры
  9. § 1. Сущность, содержание и функции политической культуры
  10. Предпосылки возникновения, сущность и отличительные свойства тоталитаризма