<<
>>

Возможности выбора и необходимость

Первичная посылка реалистического мышления состоит в том, что дей­ствия государств продиктованы необходимостью; анархия мировой политики ведет к дилеммам безопасности, в решении которых можно полагаться лишь на собственные силы.

Возможности выбора строго ограничены, поэтому различия социального строя, идей или качеств лидеров, в конечном счете, не w столь важны. Материальные возможности влияют на осознание необходимос­ти и поэтому в существенной мере определяют действия. Именно это называется «структурной» теорией.

Напротив, либеральная и институциональная теории сосредоточивают вни­мание на изменчивости, а не на постоянстве поведения государства, вариаци­ях, относящихся не только к различиям в материальных возможностях, но и в политических процессах, особенно в характере социальных институтов внутри страны и на международной арене. Если национальная элита не видит в сотрудничестве собственной выгоды, либеральные институционалисты счита­ют, что нет перспектив ни для сотрудничества, ни для создания институтов, его облегчающих. Однако если государства могут обоюдно выиграть от со­трудничества, то от правительств ожидают попыток создания подобных ин­ститутов. Институты могут предоставлять информацию, снижать издержки взаимодействия в различных областях, придавать обещаниям большую убеди­тельность, устанавливать узловые пункты координации действий и в целом облегчать взаимодействие. Их создание может блокироваться не только кон­фликтными интересами, но и объективными трудностями стоящих перед ними проблем. Стремясь более детально определить условия, при которых институ­ты могли бы оказать влияние и сотрудничество стало бы возможным, инсти­туциональная теория пытается указать условия, при которых высказывания реалистов верны.

По мнению сторонников либерального институционализма, внутригосу­дарственные и международные институты взаимодействуют, укрепляя друг друга.

Демократическая внутренняя политика и расширение международного сообщества прочно связываются с увеличением количества международных институтов; международное сообщество и институты создают «пространство» для реализации внутреннего выбора. Я использую определение международ­ного сообщества, данное X. Буллом: «Международное сообщество появляется тогда, когда группа государств, осознающих наличие определенных общих интересов и ценностей, объединяются в том смысле, что во взаимоотноше­ниях между собой они руководствуются общими правилами и совместно ра­ботают в рамках общих институтов» (Bull, 1977, р. 12).

То, чем занимаются институты, можно понять, размышляя о стратегии в терминах теории игр. В соответствии с теорией игр стратегическое поведение обусловлено затратами и выгодами — «структурой» игры, отражающей как возможности, так и предпочтения конкретного государства. Но поведение также зависит от имеющейся информации, ведь конфликтный результат в «дилемме узника» — следствие отсутствия надежной связи между игроками. Действи­тельно, основной урок современной теории игр состоит в показе зависимости поведения от доступа к информации. С тех пор как мировая политика включа­ет стратегические взаимодействия, любая добротная теория мировой полити­ки требует рассматривать информацию как важный фактор взаимоотношений. Структурную теорию необходимо дополнить стратегическим подходом.

Многие ситуации в международных отношениях подобны «дилемме узни­ка»: сотрудничество приносит совместные выгоды, но при отсутствии заслу­живающих доверия обязательств других, каждый актор должен планировать свои действия исходя из наихудшего сценария, что ведет к худшим результа­там. Иными словами, уровень равновесия в «дилемме узника» устанавливается ниже оптимального. Другие ситуации напоминают игры с гарантированным результатом, в которых есть оптимальное равновесие в трактовке В. Парето, но оно подвержено разрушительному воздействию неопределенности и невер­ной информации. Существуют также ситуации, которые представляют собой игры координации со множеством равновесных состояний, превосходящих status quo, но приводящих к различным для вовлеченных в игру участников результатам распределения затрат и выгод (Krasner, 1991; Martin, 1992b; Morrow, 1994). Таких ситуаций довольно много, но у них есть общая черта: при нали­чии потенциальных совместных выгод от сотрудничества равный доступ к информации создает условия для его осуществления.

Понимание акторами сво­их интересов определяется не только получаемой информацией, но и балан­сом предполагаемых затрат и выгод. Позитивная оценка будущего сотрудниче­ства зависит от наших ожиданий и ожиданий других, от доверия к нашим обязательствам. Институты могут обеспечивать информацией, способствовать лучшей связи между различными сферами деятельности по решению проблем (Martin, 1992a), причем оба эти вида деятельности могут влиять на понимание интересов государств, увеличивая «ценность» сотрудничества. Таким образом, институты играют определенную роль, даже если они не могут навязать прави­ла сверху, ибо они меняют представления акторов об их интересах.

Общества, не подверженные угрозе внезапного нападения, не живущие на «острие ножа», могут оказать влияние на определение правительствами собственных интересов, и следовательно, на то, как им следует действовать. В отличие от стилизованных государств теории реализма, деятельность совре­менных государств вовсе не определяется «необходимостью» принятия худше­го из возможных сценариев за основу и стремлением упредить возможных оппонентов. В XIX в. сама география обеспечивала подобные условия для ост­ровных государств (таких, как Великобритания) и для стран, удаленных от Евразийского континента (таких, как Соединенные Штаты, Канада и Авст­ралия). В XX в. такие возможности увеличиваются созданными людьми инсти­тутами и распространением демократии, причем более последовательным и необратимым, чем представляли себе некоторые ее пионеры. Демократические страны создавали международные институты, которые, в свою очередь, спо­собствовали сотрудничеству склонных к нему государств, таким образом воз­ник «магический круг». Если бы мировая политика базировалась на принципе «каждый за себя», не оставляя иных возможностей выжить, внутренняя по­литика не играла бы никакой роли. Но она важна потому, что под сенью международных институтов и мирового сообщества есть место для различных политических альтернатив.

Как в реализме, так и в институционализме отмечалось значение принци­па взаимности в международных отношениях.

Реалистский подход к МО под­черкивал его негативную сторону: возмездие, «око за око». Конечно, гонка вооружений и нагнетание близкой к состоянию войны напряженности иногда описывались в подобном ключе. Построение взаимоотношений по такому об­разцу может привести к длительной вражде, и если трудно удостовериться в стремлении других к сотрудничеству, последствия могут быть ужасными (Downs et ai, 1986; Signorino, 1995). Институционалистский подход к МО настаивал на том, что взаимность в той или иной форме может создать основу для сотрудничества (Axelrod, 1984; Ostrom, 1990; Keohane, Ostrom, 1994). Институ­ты делают возможным регулирование отношений на основе взаимности (Ostrom, 1990, р. 90). Этот принцип может работать как внутри различных обществ, так и

во взаимоотношениях между ними Столкновение интересов с возможностью возмездия может заставить проводить политику с большей ориентацией на сотрудничество: экспортеры более твердо могут противостоять протекционизму (Gilhgan, 1993), транснациональные фирмы в импортирующих отраслях могут не требовать протекционистских мер в отношении самих себя, боясь навлечь гнев правительств, под чьей юрисдикцией они действуют (Мilпеr, 1987).

Ни институционализм, ни либерализм не представляют собой «альтернати­вы» реализму. Демократические государства и институты добиваются успеха лишь при определенных условиях: порочный круг демагогии и войны столь же очевиден в нынешней мировой политике, как и позитивный характер демократии и сотрудничества. Проблема состоит не в полной замене реализма, а в том, чтобы признать условность его постулатов и принять удачные поло­жения либерализма и институционализма относительно благоприятных для демократии и деятельности международных институтов условий.

<< | >>
Источник: Под редакцией Гудина Р. и Клингеманна Х.Д.. Политическая наука: новые направления. 1999

Еще по теме Возможности выбора и необходимость:

  1. 2.5. НЕОБХОДИМОСТЬ ВЫБОРА. ТАБЛИЦА И КРИВАЯ ПРОИЗВОДСТВЕННЫХ ВОЗМОЖНОСТЕЙ
  2. Необходимость и возможность антикризисного управления
  3. Возможность, необходимость и проблематика антикризисного управления
  4. 6.2. Возможность, необходимость и проблематика антикризисного управления
  5. ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ВОЗМОЖНОСТЬ, НЕОБХОДИМОСТЬ И СОДЕРЖАНИЕ АНТИКРИЗИСНОГО УПРАВЛЕНИЯ
  6. Понятие производственных возможностей. Кривая производственных возможностей
  7. 8.1.5. Необходимость заменимости
  8. Необходимость реформы
  9. 9.1. Необходимость кредита
  10. Необходимо стратегическое планирование
  11. 28. НЕОБХОДИМОСТЬ И СУЩНОСТЬ КРЕДИТА